Гонки на выживание

Никакого оружия на борту санитарного вертолета Международного Красного Креста, естественно, не оказалось, что укрепило доверие принимающей стороны к объяснениям, которые были даны.

Огнестрельное ранение в плечо, полученное гражданином России Николаем Рыжковым в пределах Рашиджистана, удалось скрыть. Тугая перевязка, сделанная Доком, была совершенно незаметна под курткой, а тщательного обыска произведено не было.

Незадолго до посадки Щербаков провел небольшую беседу с Добрыниным и Штукиным, чтобы те не вздумали выкинуть какого-нибудь фокуса вроде просьбы о политическом убежище и чего-нибудь в этом же роде.

Вероятно, аргументы его оказались убедительными, так как после встреч наедине с представителями спецслужб принявшей их страны все граждане России оказались вместе, за исключением английского гражданина Джеффри Лоуэлла, с которым имел беседу консул Великобритании, после чего он был увезен и доставлен в английское посольство.

Расставаясь, «Джеффри» пообещал, что все они скоро встретятся, в чем остальные уже не сомневались.

И действительно, когда на следующий день из Москвы за ними прилетел специальный самолет и через три с лишним часа они прибыли на родину, одним из тех, кто встречал их в Шереметьеве вместе с Голубковым и Макарычевым, был и полковник Щербаков.

Прямо там, у трапа прибывшего поздно вечером самолета, Добрынин и Штукин оказались окруженными профессионально молчащими молодыми людьми. Пастух, Док, Артист и Михаил передали Константину Дмитриевичу и Виктору Петровичу несколько видеокассет, шесть тонких золотых штырей и две небольшие пятилитровые канистры, одна из которых была полегче, а другая намного тяжелее.

— А документы? — спросил Голубков.

— Документов нет, — сказал Пастух. — Их уничтожил лейтенант Ухов. И погиб… И вот они опять стояли рядом — шестеро молодых людей и трое пожилых. Стояли молча. Слов не было. Какие тут могли быть слова…

* * *"

"Машина вице-премьера Германа Клокова в сопровождении эскорта выехала из Кремля, миновала Якиманку, храм Иоанна-Воина, многокилометровый Ленинский проспект и, набирая скорость, помчалась по Киевскому шоссе в сторону правительственного аэропорта Внуково-2.

Всюду им давали зеленую улицу, освобождали центральную полосу движения, и машины летели с каким-то ухарским шиком, сверкая синими и красными огнями — три бронированных «мерседеса» и длинный «джип» с охраной.

Клоков улетал в Сингапур.