Запускает пятерню в непослушные под ветром волосы, отбрасывая их от лица.
- Да, хорошо бы, птичка. Тебе понадобится помощь с экзаменом, а наш уговор все еще в силе. К тому же София очень требовательна и неподкупна. Не представляю, как ты самостоятельно справишься.
- Она настоящий кремень, - соглашаюсь я, - с ней будет не просто. Только вот вечер праздничный, не хотелось тебе мешать.
Его колючие глаза холодеют, а рука вновь находит карман.
- Я никого не жду, Воробышек.
- Но ты, быть может.
.. - я хочу сказать ""устанешь с дороги и захочешь отдохнуть"", но Люков тоже умеет читать мысли.
- Нет.
Теперь уже с облегчением выдыхаю я.
- Хорошо. Тогда, может... Знаешь, я могла бы приготовить для тебя что-нибудь, если ты не против. Хочешь? У тебя такая замечательная кухня и повод хороший. Мне не трудно! - спешу добавить, чтобы скрыть не вовремя проснувшееся смущение. - В ответ за помощь в подготовке к экзамену, конечно!
- Я вернусь к вечеру, но оставлю тебе ключи.
Не хочу, чтобы ты ждала.
- А...
- Удобно. Вполне удобно, поверь.
- Хорошо. Тогда до рождественского вечера, Илья?
- Да, до вечера. И до встречи, Воробышек.
Я делаю несколько шагов к ступеням подъезда, но неожиданно оборачиваюсь. Он все еще стоит на месте и смотрит мне вслед. Точь-в-точь как тогда, когда впервые проводил к магазину поздним вечером. Когда оставил у себя дома, заставив приготовить для него черный сладкий кофе.
- Илья?
- Да?
- Спасибо за сказку, что рассказал на ночь.
Она чудесная.
Вот теперь он улыбается. Светло, дерзко и с ямочками на щеках. Такой красивый, что захватывает дух. Должно быть, я засматриваюсь на него, глупо таращусь не мигая, потому что он вдруг бросает мне, кивнув на дверь:
- Беги, Воробышек, замерзнешь!
И я бегу. Взлетаю по ступенькам на родной этаж и только там тяжело приваливаюсь спиной к двери. Такая неожиданно послушная и влюбленная, сошедшая с ума девчонка, так крепко прижавшая руки к пылающим щекам.
Ох!
***
Университет встречает меня шумом и любопытными взглядами однокурсников. Из-за поломки в дороге рейсовый автобус задержался, и я мчусь по факультету, боясь опоздать на консультацию к Игнатьеву, отвечая на приветствия незнакомых мне парней настороженным кивком и уворачиваясь из чужих рук, так и норовящих обнять меня. Влетаю в учебную аудиторию и застываю, неожиданно натолкнувшись на бурные аплодисменты своих одногруппников.
