Гордый

Резким движением мужчина поворачивает мою голову вправо и с бешеной неудержимостью впивается в губы. Его язык нагло терзает рот, изучает, покоряет, заставляет подчиняться…

Ладонь Гордея неумолимо пробирается под пояс палаццо. (Прим. автора: палаццо – брюки с широкими штанинами и, как правило, с высокой посадкой на талии).

Я полностью теряюсь. Когда он успел расстегнуть пряжку, я совершенно не понимаю, но его пальцы уже находят кромку трусиков. И я словно отмираю, сбрасываю наваждение, пытаясь поскорее унять внутреннее томление.

Перехватываю крепкое запястье, молчаливо умоляю Гордея остановиться. Потому что способность говорить ко мне ещё не вернулась.

– Не бойся, со стороны бассейна ничего не видно, только то, что я тебя целую, – от хриплого шепота пробирает. – Но это ни для кого не секрет.

Наша будущая близость лишь вопрос времени. Это понимаем мы оба.

– Гордей… ну пожалуйста…

– Мне известны границы, не волнуйся.

– Я ведь буду чувствовать себя полнейшей дешёвкой, – не слушаю его, не доверяю.

– Я не собираюсь трахать тебя на глазах у всех, – твёрдые губы ласкают висок.

Языком касается шеи, пускает дрожь по телу.

– Ты такая отзывчивая, – легкий укус заставляет откинуть голову на мужское плечо. – Не представляешь, как сильно я тебя хочу. Ты мне ночами снишься.

От короткого признания внутри все сжимается, я сильнее свожу бедра, чувствуя все нарастающее напряжение.

– Просыпаюсь, а постель холодная, – от тихого шепота мурашки по коже. – Если это не исправить, наброшусь на тебя в машине, как голодная собака.

Хотя бы ещё мелькает шанс, что я сегодня домой попаду.

Угораздило же так вляпаться. И он как одержимый… И я сама мечтаю о его ласке.

– Пойдём.

Сухо приказывает застегнуть ремень, я подчиняюсь тут же. Крепко придерживает мою ладонь и тянет за собой.

– Гордей? – осторожно уточняю, куда мы направляемся. Нет, я, конечно, и сама понимаю, но признаться себе трушу.

Мы заходим в дом и поднимаемся на второй этаж.

– Если я ночую здесь, что иногда случается, Итан мне выделяет эту комнату, – одновременно толкает дверь и поясняет.

Первое, во что упирается взгляд – огромная высокая кровать. На противоположной стене зеркало, комод и пара полочек.

Раздаётся тихий щелчок.

Гордей запер дверь.

Глава 17

– Можно сказать, что это твоя комната? – ухмыляюсь вслух, а внутренне содрогаюсь, когда он вновь берет меня за руку. Подводит к комоду. Разворачивает лицом к себе.

– Можно.

Лбом касается моего.