Горе господина Гро

Хотите знать, как развивались события? Ваш приятель успешно избавил от горя леди Алаю Клисс, и у его так называемой внучки наконец появился дружок. Не знаю, где его поселили, — возможно, в доме леди Алаи, возможно, где-нибудь еще, я так понял, горе не испытывает потребность все время находиться рядом со своим «родителем», а то как бы они сутками без присмотра шлялись по улицам?.. Прошло еще какое-то время, на горизонте возникла очередная безутешная вдовица или вдовец, потом еще и еще. Габа оказывал помощь страждущим, его «внучка» обзаводилась новыми друзьями, все были довольны.

В какой-то момент детишки вошли во вкус, почувствовали, чем их больше, тем лучше, вместе они — сила. Стали сами выискивать для Габы новых пациентов. Не сомневаюсь, они наделены необходимым для этого чутьем. Господин Гро, будучи человеком милосердным, не возражал: если где-то в Ехо живут люди, изнемогающие от горя, хорошо, если кто-нибудь подскажет ему их адреса.

— Похоже на то, — кивнул я. — В таком случае понятно, что случилось с Митти Дол.

— Это еще кто? — нахмурился Джуффин.

— Несчастная пьянчужка, одна из Кобиных людей. Вдова моряка с «Красной рыбы», вы, наверное, не помните…

— Напротив, прекрасно помню. Корабль с фальшивыми амулетами; потом еще Тайный Морской Суд постановил утопить экономного судовладельца, а мне пришлось делать вид, будто я не в курсе, — случай-то особый, моряки были очень сердиты, и их можно понять. Но этот прохвост почуял недоброе и вовремя удрал, теперь отсиживается где-то на границе, под крылышком у графа Вука, в надежде, что в такую даль за ним никто не потащится.

И ведь прав. Другое дело, что рано или поздно его сам Гачилло под горячую руку зашибет, но тут уж ничего не попишешь, такова судьба почти всех гостей старого графа.

— Ну вот, — вздохнул я, сраженный его осведомленностью. — Муж Митти Дол мало того что сам пошел ко дну вместе с «Красной рыбой», он еще и двоих сыновей в последний рейс прихватил, прокатиться на каникулах. Так что она всех сразу потеряла, вот и пошла вразнос.

Сбежала из дома, пила как не в себя, чтобы забыться, и как-то прибилась к Кобе — а куда еще ей было деваться? А несколько дней назад, как раз, когда нищие обнаружили детишек под Собачьим мостом, она вдруг протрезвела, сказала, что с нее хватит, привела себя в порядок и вернулась к родным. Теперь понятно почему. Эти маленькие монстры, не знаю уж, как их следует называть, ее приметили и позвали знахаря.

— Наверняка.