Горе господина Гро

И хвала Магистрам, что так, потому что это действительно форменное безобразие — когда Почтеннейший Начальник Тайного Сыска каждый вечер облегчает карманы честных граждан в первом попавшемся трактире; при этом горожане боятся его настолько, что отказаться от предложения сыграть партию-другую не решаются. Кстати, этим указом Джуффин по сей день гордится куда больше, чем всеми Королевскими наградами, вместе взятыми. Считает, такой запрет — наивысшая оценка его таланта игрока.

И по-своему, конечно, прав.

В общем, с Джуффином-то все ясно. Однако чтобы Хумха играл в «Крак» — такого я никогда прежде не видел. Вот ведь как бывает, думаешь, что знаешь людей как облупленных, а тут родной отец после смерти сюрприз за сюрпризом преподносит, вот уж воистину — век живи, век учись.

Все это, впрочем, ладно бы. Само по себе внезапное влечение Хумхи к картам меркло на фоне того, что ему удавалось удержать их в руках. Общеизвестно, что призраки не в ладах с материальным миром.

Они легко проходят сквозь стены и прочие предметы, встающие на их пути, зато совершенно беспомощны, когда надо, к примеру, взять в руки палку — если, конечно, данная конкретная палка не представляет собой особым образом изготовленное колдовское оружие, специально предназначенное для призраков. Однако же глаза меня не обманывали — отец держал в руках карты и как раз собирался сделать ход.

— Кофа, это вы? Уже вернулись? — Джуффин выглядел донельзя довольным и одновременно слегка смущенным, как пьяница, которого застукали в винном погребе. — А мы тут прекрасно проводим время, — добавил он. — И, с вашего позволения, продолжим. Я только во вкус вошел.

— Не отвлекайтесь, — строго сказал призрак. — Забираю ваше трио.

— Это одна из самых прискорбных новостей, какую мне когда-либо доводилось слышать.

Стоит ли говорить, что выражение лица Джуффина совершенно не соответствовало его словам, улыбка выходила за пределы лица и, кажется, не собиралась останавливаться на этом достижении.

Хорошо еще, что у меня довольно просторная гостиная, а то край его улыбки, чего доброго, мог бы вывалиться за окно.

Я понял, что любые мои попытки вести себя как положено гостеприимному хозяину только испортят этим красавцам остаток ночи, и решил оставить все как есть.