Горе господина Гро

Собственно, почему мне так толком ничего и не удалось вызнать о Тони — он был хорошим приятелем Джуффина Халли и, как я понимаю, перебрался в Ехо по его приглашению, даже жил поначалу в его доме на Левобережье. И трактир свой открыл не без помощи Почтеннейшего Начальника Тайного Сыска, уж я-то, не сомневайтесь, выяснил, чьими деньгами была оплачена аренда помещения. Джуффин на моей памяти частенько помогал землякам, но Тони — совсем другой случай, в его жилах не отыскалось бы и капли шимарской крови, тут двух мнений быть не может, знаю я их породу.

Откуда на самом деле приехал Тони и куда потом отправился, я до сих пор понятия не имею — Джуффин умеет хранить секреты, свои и чужие, какие доведется, ничего с этим не поделаешь.

Как бы там ни было, а местечко получилось отличное, один из немногих столичных трактиров, куда я заходил порой без всякой надобности, просто отдохнуть и послушать пение. К тому же, если и была в столице многолюдная забегаловка, куда можно преспокойно заявиться в обществе призрака, так это «Белый Дом».

Тони только обрадуется удивительному происшествию, а завсегдатаи решат, что это очередная выходка хозяина, благо он порой еще и не так чудит; впрочем, все Тонины чудеса были совершенно невинными. То сотни пестрых бабочек под потолком летают, то зеркала вдруг перестают отражать посетителей, то выпивка в стаканах начинает менять цвет, сохраняя, впрочем, вкус и крепость, то деревянные суповые миски зазеленеют по краям свежими побегами — в общем, всякие милые пустяки, в Эпоху Орденов так многие развлекались, а теперь один только Тони ухитрялся фокусничать, не нарушая закон, обходился несколькими дозволенными ступенями магии — между прочим, я до сих пор не понимаю, как это ему удавалось.

Наверное, мне не следует так подробно объяснять, почему я назначил встречу в трактире, который и без всех вышеперечисленных достоинств подходил для этого как нельзя лучше, — просто потому, что находился совсем рядом с домом из лиловых кирпичей, где Габа возился с новоиспеченным вдовцом.

Но мне, чего уж там, только повод дай вспомнить, каким славным местечком был «Белый Дом», и посетовать, как мне его не хватает.

Отцу, как и следовало ожидать, в трактире сразу не понравилось, о чем он не постеснялся громогласно объявить. Тони изумленно покосился на меня из-за стойки: он уже успел привыкнуть к моим похвалам, а тут — на тебе. Пришлось объясняться:

— Это не я ругаюсь. Это призрак. Он со мной. Никого здесь не обидит… разве что словом. Извини, Тони.