А позже, когда она опять будет лежать в одиночестве на своей большой кровати, то встретится лицом к лицу со своими страхами и решит, как их побороть. В конце концов, будет нечестно по отношению к Лукасу и дальше держать его в таком неопределенном состоянии – вроде бы и рядом с собой, но в то же время на расстоянии.
Кэтрин стояла, прислонившись к стене, и наблюдала за пляшущими парами, ударяя в такт музыки ногой по полу.
Она сама уже натанцевалась, она даже танцевала вместе с Лукасом, но знала, что ей не следует увлекаться этим.
От быстрых движений у нее начинала кружиться голова. Ей совершенно не хотелось упасть на пол посреди пиршественного зала, когда праздник в честь свадьбы Робби и Энни был в самом разгаре. После этого ведь наверняка последуют не очень приятные вопросы.
– Кэт, моя дорогая! – позвал Малькольм, торопливо идя в ее сторону.
– Добрый вечер, Малькольм, – сказала Кэтрин и, улыбнувшись, поцеловала его в щеку. – Я рада видеть вас в добром здравии. Все-таки удар по голове – это серьезная вещь.
– Да-да. Я думал, она у меня очень твердая, но оказалось, что я ошибался. Моррисон очень долго просил у меня прощения.
– А как же иначе? Ведь вы были друзьями.
– И продолжаем таковыми оставаться. Он поступил так из-за страха, Кэтрин. Это, конечно, было плохо с его стороны, но все же Моррисона можно понять. На самом деле я пришел сюда, чтобы тоже от всего сердца попросить у тебя прощения.
– Но вам не за что извиняться, Малькольм.
– О нет, я так не считаю.
Мне следовало приложить больше усилий, чтобы узнать, что с тобой произошло па самом деле. Я знал, что ты никогда бы не совершила то, о чем говорили все вокруг. Но мне не хватило смелости открыто заявить об этом, начать собственное расследование. Так же и насчет денег. Я чувствовал, что дело было нечисто, но так и не занялся этим вплотную. Прошло несколько месяцев, прежде чем я собрался слухом и попросил Моррисона дать мне посмотреть бухгалтерские книги.
– То, что случилось в Данлохане, вообще трудно вообразить.
Вы не виноваты в том, что вам просто не могло прийти в голову, какие преступления тут совершались. И, как вы только что сказали, Моррисон был вашим другом. Разумеется, вам не хотелось верить в то, что он замешан в чем-то дурном. Я рада, что вы не стали вести себя излишне любопытно, иначе бы вас тоже убили. Ведь именно таким способом Фреда и Ранальд заставляли людей молчать обо всем, что они творили.
