Горец-завоеватель

– Думаю, дорогой, ты сможешь теперь позаботиться о нашей гостье. Спроси ее, может, ей что-нибудь нужно. А теперь, с вашего позволения, я удаляюсь, – мягко проговорила Джолин и направилась к двери. – И еще, дорогой, если леди Барбаре надо будет обработать раны, дай мне знать.

«Такой спокойный голос, вежливый, никаких признаков ярости или раздражения, – подумал Сигимор, глядя вслед Джолин. – Просто удивительно!» Но как бы там ни было, ему все-таки придется объясниться с женой сегодня ночью. Несмотря ни на что, Барбаре удалось поставить его в неприятное положение.

Он даже не мог спокойно смотреть теперь на эту женщину. Ее наигранная беззащитность и распахнутые наивные глаза сильно раздражали Сигимора. Неужели она все еще думает, что он тот глупый юноша, которого легко можно обвести вокруг пальца?

– Твоя жена сделала мне больно, Сигимор, – проговорила Барбара, потупив глаза. – Это жестоко.

– А чего ты ожидала? Ты заслуживаешь именно такого обращения.

– Сигимор! Как ты можешь так говорить со мной! После всего того, что у нас с тобой было.

– И что же такого особенного у нас с тобой было? Ну, попотели немного в одной постели.

Барбара вскинула на Сигимора злые глаза. Было заметно, что она едва сдерживается, чтобы не броситься на него и не запустить в его грудь свои острые коготки. Флиртовать ей явно больше не хотелось.

– Если бы у тебя не было таких влиятельных родственников, – продолжил Сигимор, – то я бы даже не впустил тебя в дом. Оставил бы гнить под забором. Думаешь, я ничего не слышал о твоих похождениях? Последний раз мы встречались, когда на тебе лежал младший Дуглас.

Не забыла? Куда бы ты ни пришла, Барбара, ты тут же сеешь беду. Но здесь, в моем доме, тебе этого не удастся сделать. Можешь оставаться в Дабхейдленде до тех пор, пока тебе не станет лучше. А я в это время выясню, кто пока еще стоит за твоей спиной. Есть ли у тебя союзники. И потом мы распрощаемся. – Сигимор шагнул к двери, но снова остановился и посмотрел на Барбару. – Если ты сделаешь что-нибудь моей жене, клянусь, ты об этом горько пожалеешь.

Сигимор направился в большой зал с намерением принять хорошую дозу какого-нибудь горячительного напитка. Без этого у него не хватало мужества предстать перед своей женой.

– Ну что? Ты вывел ее на чистую воду? – спросил Лайам Сигимора, когда тот снова сел за стол и налил себе в кружку вина.

– Да, все стало понятно. Эта сука сидит теперь в своей спальне и вряд ли высунет нос оттуда до тех пор, пока не надумает убраться из Дабхейдленда.