Горец-завоеватель

– Думаю, лучше дождаться утра, – ответил Сигимор. – Мы расскажем вам обо всем после того, как вы выспитесь и отдохнете."

"Чтобы не вспылить, Джолин глубоко вздохнула. Затем вежливо улыбнулась и посмотрела на Сигимора:

– Скажите мне сейчас.

Сигимор заметил, как Джолин боролась с собой, как она пыталась подавить в себе приступ ярости. Он ухмыльнулся. Ему всегда нравились темпераментные женщины. Перед ним обычно никто и никогда не выказывал открыто своего недовольства. Многие женщины просто боялись его.

Мужчины в его присутствии испытывали сходные чувства. Но Сигимора это нисколько не огорчало, даже скорее радовало. А эта маленькая англичанка смела бросать на него такие гневные взгляды! Будь это в ее силах, она тут же избила бы его до бесчувствия. О, он ни минуты не сомневался в этом! Многие мужчины сочли бы его просто сумасшедшим, но Сигимору нравилось, когда женщины вели себя подобным образом.

– Я и вправду думаю, что лучше подождать до утра. Вы не можете пока рассуждать трезво.

Вы слишком измучены дорогой.

– Единственное, чем я измучена, так это яростью, которая меня душит. Немедленно расскажите мне все и сейчас. Пожалуйста. – Эта мягкая просьба была данью вежливости, которую Джолин вынудили принести обстоятельства. Но ее пылающий взгляд и нахмуренные брови не оставляли ни малейших сомнений относительно ее истинного отношения к происходящему.

Сигимор с деланным равнодушием пожал плечами:

– Как скажете, леди Джолин. План таков: вы и я должны пожениться.

Глава 7

– Простите, вы и я должны что сделать?

– Как только подвернется хоть какой-нибудь священник, мы сразу же поженимся.

Оправившись от шока, Джолин внимательно посмотрела на Сигимора. Нет, он не походил на сумасшедшего. Но вероятно, что-то с ним все-таки не в порядке, раз он говорит такие вещи. А хуже всего то, что шотландец рассуждает о женитьбе таким тоном, будто просит передать ему солонку. Сигимор даже не поинтересовался, согласна ли она выйти за него замуж.

Он относится к этому так, словно все уже давно решено.

Шок уступил место гневу, а на место гнева вскоре пришла боль, природу которой Джолин никак не могла себе объяснить: В конце концов, девушка решила, что, вероятнее всего, в ней говорит оскорбленное самолюбие, но такое объяснение ее тоже не устраивало. Она прекрасно понимала, что именно ей так не понравилось. Это предложение было тактическим маневром, придуманным для того, чтобы остановить Гарольда.