— И именно поэтому ты ушел, да, Марин? К своей богатой Кристиночке, — мои слова так и сочились ядом. Я бросила окурок прямо на пол и затушила носком туфли.
— Не надо, Ди. Ты же знаешь, что я не мог по-другому. Да и поздно было что-то менять, если бы у меня было больше времени подумать…
— Подумать? О чем? О том, как я проснусь с утра, а тебя нет? Буду обзванивать больницы и спрашивать не поступал ли к ним кто-то подходящий под описание? — я все же не смогла сдержаться и начала повышать голос.
Потому что до сих пор болит и кровоточит.
Сделала несколько шагов к нему и голову задрала, чтобы в глаза смотреть. Все, хватит. Настало время все узнать. Я заслуживаю знать правду.
— Почему, Ярослав? Почему ты меня оставил? — на глазах выступили слезы, и я ненавидела себя за эту слабость.
Марин запустил руки в волосы и взъерошил их.
— А что мне оставалось делать, Диана? Оставить ребенка и жить так, словно все нормально, все хорошо?!
— Ребенка? — ошарашено переспросила, — какого ребенка?
— Нашего с Кристиной.
Она же беременная была. Я написал в письме и все объяснил.
Я только и могла открывать и закрывать рот, словно рыба на берегу.
— У вас с ней есть ребенок? Ты был одновременно и с ней и со мной?
— Что? Нет! Я был с ней, а когда мы с тобой сошлись, я оборвал с Крис все связи. Я тебя любил, Диана, и был только с тобой. А потом она позвонила и сказала, что беременна. Мы до врача пошли и уже срок приличный. Сделал тест на отцовство — ребенок мой.
Я не могла дышать от этого признания. У меня словно земля ушла из под ног, все кружиться перед глазами начало.
— Кто?.. — прочистила горло и спросила еще раз, сама не знаю зачем, — кто у вас родился?
— Мальчик, но… Но он умер.
— Мне жаль, — тихо сказала.
— Но почему, почему ты мне не сказал, Яр?
— Да как я мог? Ты так счастлива была, и я хотел продлить эти утекающие сквозь пальцы мгновения. Да и смелости не хватало… Я потом приехал же через год, нашел тебя. Через дорогу смотрел, наблюдал за тобой.
Хотел подойти, умирал от желания рядом оказаться, но ты была не одна. С Ильей. Улыбалась так искренне, обнимала, целовала… — мужчина замолчал и поднял руку, провел ладонью по моему лицу.
— Ты мне когда-то говорила, что я твой мир и не сможешь без меня жить. Но ты смогла, Ди. Я же говорил, что ты сильная… Вот только глаза другие стали.
Дернула лицом, отодвигаясь от столь желанной ласки, и обхватила себя руками.
