Горечь твоей любви (СИ)

- Ты меня… – договорить ему не дал Роб. Со всего маху он ткнул его локтем в бок и Брэд, охнув, сложился пополам.

- Какого ты…

- Прекрати! Ты почему лезешь туда, куда не следует? Тебе что ли полы мыть или ты собственноручно ковры чистишь?

- Да причем тут это, я…

- Притом, что ты сейчас вторгаешься в личную жизнь человека!

- Он мой секретарь!

- Не твой, а Кая! Твой секретарь я и еще твой любовник, и я старше тебя! Так что прекрати вести себя как малолетний идиот и не суй свой милый носик туда, куда тебя не просят.

Надеюсь, ясно выражаюсь?

Брэд смотрел на Роба так, будто тот спятил.

- Ты что, заболел?

- Нет, я просто устал от твоих глупых выходок. И да, еще одно, если ты не прекратишь свои козни, и я про это узнаю, то пощады не жди, ты же знаешь. Правда?

- Знаю. Но если кто-то узнает еще, тебе точно не жить!

- Уверен? Не угрожай мне малыш. Я не твой добрый брат, я тебя не пожалею.

Роб улыбнулся своему любовнику, который сидел в полном ступоре. Нагнулся и поцеловал его в лоб. Развернулся и вышел из зала.

***

Тепло, уютно и так хорошо. Где я? Ах да, я же утонул. Неужели я попал в рай? Так, стоп! Я, может, и чуть не утонул, но не спятил же. Или… Стоп, Стоп, Стоп. Бред какой-то!

Я открыл глаза, и первое что увидел шикарную напольную вазу с огромным подсолнухом в ней. Сознание подсказало, что если это и рай, то чересчур материальный. Медленно откинув одеяло, я поморщился от боли в плече. Меня явно из воды вынимали не очень ласково. Осторожно спустив ноги на пол, я почувствовал, как мои пальцы утонули в мягком ворсе ковра.

Вся комната была в теплых шоколадных тонах, на стене напротив кровати висел огромный плазменный телевизор. Мебели было минимум одна кровать, два прикроватные тумбы и большой зеркальный шкаф. По интерьеру я никак не мог определить хозяина. Ни вещей, ни фотографий в комнате не было, только ваза с подсолнухом была единственным её украшением. И, наверное, постельное белье. Черное с красными разводами, как по воде, когда камень уронишь. Огромные портьеры были закрыты, и что происходило, на улице видно не было. Я встал, намереваясь открыть их и посмотреть на улицу. Но тут мой взгляд наткнулся на отражение в большом зеркале шкафа. Мое тело было полностью обнажено. То есть с меня сняли даже трусы. Почему-то внутри зародилось чувство беспокойства за собственную добродетель. Я подошел к кровати, резким движением сдернул с нее плед и обвернул его вокруг себя. Так мне стало намного комфортней, и я решил исследовать комнату дальше.