Гори для меня, ведьма

В лицо дохнуло запахом лука и какой-то браги, и меня едва не стошнило. Грубые руки коснулись моих предплечий, нагло смяли грудь, затем спустились вниз — на талию и бедра.

— Отпустите девушку! — Кажется, этот рык принадлежал Эйдену. — Она безоружна.

— Как же! — Нащупав кинжал на моем бедре, мужчина начал по-хозяйски поднимать мои юбки, не забывая при этом лапать меня всюду, куда дотягивались его вонючие руки. Меня безостановочно трясло. Тьма поднималась внутри. Чудовище скребло изнутри свою клетку.

Оно просило дать ему выход, обещало помочь, защитить, и, кажется, впервые в своей жизни мне хотелось поддаться это чувству.

Отдать контроль темной сущности, что скрывалась внутри меня.

Я представила, как всаживаю кинжал между глубоких глазниц, и эта картинка наполнила меня чувством странного удовлетворения. В любой другой ситуации подобная кровожадность подействовала бы отрезвляюще, но не сейчас.

Передо мной был враг. Враг, что посмел ступить на мою землю. Что посмел наставить на меня оружие.

Я задохнулась от охвативших меня ощущений, чувствуя, как кровь разгоняется в венах. Хотя в них уже не кровь — чистое пламя, что грозит сжечь меня, если я сейчас же не найду ему выход.

— Понравилось, красавица? — По-своему понял мой вздох наемник. Его рука сменила направление и легла на ягодицу, сжала ее. — Как жаль, что тебя приказали не трогать. Хотя кто узнает…

Одним рывком он толкнул меня на землю, несмотря на предупреждающие крики своих союзников. Он неожиданности я не успела сгруппироваться и упала мешком с задранными на пояс юбками и едва не сверкая ягодицами, прикрытыми тонкой тканью нижнего белья.

Это стало последней каплей. И, кажется, не только для меня.

Перекошенное лицо Эйдена оказалось прямо передо мной. Его поставили на колени и теперь скручивали руки какими-то веревками.

— На счет три. — Тихим ровным голосом произнес он, глядя мне прямо в глаза. Ничего не понимая, я кивнула.

Резкое движение головой и голова Эйдена буквально обрушивается на нос ближайшего наемника.

Я только и услышала громкий хруст и явно нецензурный вскрик.

Эйден поднимается на ноги и проворно освобождается от пут. В его руках нет оружия, но, кажется, оно ему и не нужно. Он ловко уклоняется от атак, не забывая при этом наносить ответные удары.

Легкое движение, достойное фокусника, и в его руке появился кинжал. Не знаю, спрятал ли он его где-то в своей одежде, или добыл у врага. Он не спешит использовать его для своей защиты.