Гори для меня, ведьма

Мне казалось, что морально я подготовилась к своему дебюту в качестве ведьмы, но при виде острых шпилей, которые тянулись к тяжелым низким тучам, вся эта уверенность улетучилась.

Не знаю, отправил ли Эйден послание, либо каким-то образом слухи о его возвращении нас опередили, но встречала нас целая толпа.

— Ваше Высочество! — Воскликнул кто-то, когда мы въехали на территорию королевской резиденции по перекинутому через широкий ров мосту. — Я немедленно доложу…

Его голос потонул в десятках других голосов. Навстречу нам устремилась куча людей: охрана, прогуливающиеся придворные и даже слуги стекались к экипажу со всего двора, словно желая поприветствовать сошедшее с небес на землю божество.

— Дошли слухи, что вас убили… — Различила я чей-то голос.

— Похитили… — Вторили ему.

— Слава богу, с вами все в порядке, — экзальтированно рыдала какая-то особа, прижимая к глазам платок.

Эйден вылез из кареты и тут же очутился в плотном кольце подданных. Выражение его лица стало на редкость доброжелательным и открытым.

Это не первый раз, когда я видела его таким: примерно с такими же эмоциями он принимал обращения солдат в самом начале нашего пути.

Вот его жизнь, — отстраненно подумала я, наблюдая, как принц приветствует аристократов, принимает рукопожатия от солдат и возвращает улыбки слуг. — Признание, восхищение, преданность. Каждый из его подданных готов отдать за него жизнь. Меня же возненавидят сразу же, стоит мне выйти.

И словно в доказательство, толпа перед нами замолкла и синхронно отпрянула, стоило Эйдену обойти экипаж и галантно открыть передо мною дверь.

На лицах окружающих нас людей промелькнула злоба и неприязнь, словно это не они только что торжествовали из-за возвращения наследника. Ветер донес тихие шепотки. Впрочем, некоторые глаза, преимущественно мужские, пожирали меня с жадным интересом.

Я холодно улыбнулась и поправила завязки плаща, купленного впопыхах в последний момент. Белая ткань развевалась за моей спиной, контрастируя с темно-синим платьем.

Тишина стала осязаемой. Напряжение повисло в воздухе дрожащей струной. Словно не замечая изменившейся атмосферы, Эйден принялся раздавать указы.

— Сэдрик, — обратился он к пожилому мужчине в ливрее дворецкого. — Распорядись подготовить покои для моей гостьи. Третий этаж. — По толпе пронесся недовольный рокот, словно те ожидали, что меня немедленно сопроводят в пыточную, а лучше сразу на костер. — Доложите моему отцу, что я желаю немедленно его видеть.