Горячее прошлое [сборник]

Мать пыталась выяснить, что же спровоцировало ночной приступ. Она два месяца подряд таскала сына по больницам, но врачи так ничего и не сказали ей насчет этого.

Зато благодаря той ночи он стал обладателем новейшей модели радиоуправляемого вертолета! Как же завидовали ему дворовые мальчишки!

Или еще один случай. Первая рыбалка с отцом, который взял его с собой по просьбе матери. Тот любил заниматься этим в одиночку, компания ему только мешала, но жене отказать никогда не мог.

Вот мальчик, экипированный по всем правилам настоящего рыбака, вышагивает к электричке.

За плечом у него висит садок, в руке сжата легонькая удочка. Мальчишки во дворе провожают его завистливыми взглядами. Еще бы! Три дня в подмосковной глуши один на один с дикой природой. Это же настоящее приключение!

Однако рыбалка ему совершенно не понравилась. Сидеть в полном молчании на берегу, когда хочется спать и есть. Тут нет ничего хорошего.

Вероятно, отец это предвидел, потому и согласился на уговоры матери. Тот поход стал первым и последним в истории совместного времяпрепровождения отца и сына.

Но все же сейчас эти воспоминания грели душу парня.

А уколы? Вот уж действительно развлечение не для слабонервных. Он так их боялся, что дважды кусал мать за руку, пока она не научилась уворачиваться.

Уколы – это была страсть матери. При малейшем заболевании сына она самостоятельно назначала ему болезненную процедуру, заменяла таблетки инъекциями. Так продолжалось до двенадцати лет. После он просто отказался стягивать штаны и подставлять ягодицы под иглу.

Как ни странно, мать приняла его решение.

Он был горд собой. Настоял на своем, добился желаемого. Но в душе парнишка жалел об этом, так как каждый курс инъекционного лечения сопровождался всевозможными поблажками. Это были внеплановые походы в кино, дополнительные выдачи мелочи на карманные расходы и много сладостей. Да, и эти воспоминания оказались в итоге приятными.

Луна снова скрылась за тучей, комната погрузилась во мрак. Настроение у него мгновенно изменилось.

Руки заныли, по икрам пошли судороги, во рту появился металлический привкус. Конечно, все это было и раньше. Просто пока он был занят созерцанием лунного света и воспоминаниями, эти беды ощущались не так остро.

Интересно, как долго ему еще удастся продержаться? Что станет с ним, когда они поймут, что напрасно тратят время? Наверное, они его убьют. А как иначе? Он видел их лица, знал имена и клички, являлся опасным свидетелем, пока еще живым.