К своему облегчению, в сопровождении Гаврош ни разу не увидел Володю Сысоева, к этому парню он испытывал симпатию и стрелять в него не хотел. А обойтись без этого будет нельзя: если хочешь уйти живым, валить надо всех! Может, Володя в отпуске или дежурит в офисе, а может, в командировке или охраняет дом… Как бы то ни было, его отсутствие радовало Гавроша.
Наконец, он принял решение: работать вечером. Протазан покидал работу в разное время, но всегда не раньше двадцати часов, к этому времени и посторонних глаз намного меньше, и дешевые видеокамеры в сумерках фиксируют происходящее гораздо хуже.
Место засады выбрали грамотно. Под деревьями на противоположной стороне дороги «девятка» цвета «мокрый асфальт» растворилась в темноте, для расположенных на здании гостиницы видеокамер она была недоступна, а для прохожих – безразлична: мало ли машин стоит по вечерам у тротуаров Тиходонска! Номерные знаки Лихой все равно заранее заменил «левыми».
Ждать пришлось около часа. За это время сумерки сгустились. У входа в гостиницу вспыхнули яркие фонари, освещая собравшиеся на парковочной площадке блестящие лаком дорогие машины.
– Мандражируешь? – спросил сидящий за рулем Лихой.
– Нет, – ответил Гаврош.
Ко входу подъехал черный джип Протазана, который днем стоял во внутреннем дворике.
– Вон его тачка. Скоро выйдет.
– Вижу! – ответил Гаврош, раскатывая на лице балаклаву, и совмещая прорези с глазами. В последний момент заменил пристёгнутый к «Кедру» двадцатизарядный магазин более длинным – на тридцать патронов.
С ним оружие не спрячешь под ветровкой, но когда атакуешь объект в маске, это роли уже не играет, а вот дополнительные десять патронов могут оказаться совсем не лишними!
Из стеклянных дверей «Аксиньи» вышли двое охранников, галогеновые лампы высветили их лица. Черт! Первым шел Вова Сысоев.
– Непруха! – выругался Гаврош.
– Что случилось? – насторожился Лихой.
– Того, что повыше я знаю. Не хотел его мочить!
– Ты чё?! Когда уже вышли на цель, метаться поздняк!
– Ладно, давай!
Лихой рванул с места, развернулся через двойную осевую и затормозил у ведущих к парковке ступеней.
Гаврош распахнул дверь. Время для него растянулось. Из гостиницы вышел Протазан. Громадными прыжками, перепрыгивая через ступени, Гаврош взлетел на площадку, оказался у джипа и обежал его сзади, выключая из игры водителя, даже если у того есть оружие. Сысоев и его напарник медленно поворачивались в его сторону, Протазан замер, как каменная статуя, непонимающе поворачивая голову.
