Ненормальная! Если бы прямо сейчас здесь стояла сестра, Дамир забыл бы свои благородные порывы, слова, произнесённые в доме отца, выдернул ремень из шлёвок и протянул по мягкому месту Каримы, чтобы мозги на место встали. Сестра окончательно слетела с катушек?
– Успокойся, я сам виноват, – предупредил рвущиеся возмущения друга Равиль.
– Виноват в том, что моя сестра не умеет думать?
– В этом тоже, – тряхнул головой Равиль, болезненно морщась. Движение напомнило, что они сидят не в холле дома отдыха, и Юнусов здесь не отдыхает.
– К Эле есть претензии? – задал последний вопрос.
– Единственная просьба – забери свою женщину. Не могу спать, когда рядом посторонний человек. Эта ведьма суетится, носится, точно не шишку мне на лоб поставила, а тяжкие увечья нанесла, – фыркнул Юнусов.
– Заберу, – ревность снова подняла склизкую голову, зашипела.
– Эй! – Юнусов толкнул друга в плечо, попытался улыбнуться, снова зажмурился.
– Идём, – Отделение начало просыпаться, стали появляться первые полусонные пациенты, спешно прошли два врача, кинув недовольный взгляд на посетителя, пробежала постовая медсестра, покачивая объёмными бёдрами в розовых, форменных брюках.
– Я благодарен Эле, – тихо и серьёзно произнёс Равиль. – Она защищала Кариму.
– От тебя? – вот уж кого не стоило защищать от мужа. Даже если бы он всыпал бестолковой женщине – был бы сто раз прав. В том, что Равиль не позволит себе поднять руку на свою маленькую, даже если она начнёт прижигать калёными иглами его шею, не было сомнений.
– Она не могла этого знать, – ровно сказал Юнусов, пришлось с ним согласиться.
Совсем недавно, около десяти тысяч лет назад, омертвевший, как Влад Цепеш, Дамир и сам был за секунду от мысли, что Равиль ударит бросающую в лицо проклятия жену.
– Она держала в руках нож, когда я появился, считаю, мне повезло, – уголок губы пополз вверх. – Забери свою ненормальную. И, кстати, очаровательная дочь героя, названная в честь чудотворца. С нетерпением жду знакомства с Кирпичом. Кирпич? Кирпичей? Как склонять в женском роде слово «кирпич»?
– Не меня спрашивай.
– Надеюсь, в ближайшее время мне не подвернётся случай узнать. Вылет завтра в двадцать сорок.
– А можно? Что врач сказал?
– Что он скажет? – равнодушно кинул Юнусов. – Я должен быть рядом с семьёй, именно там я и буду.
– По-моему, у Каримы другое мнение.
– Придётся поменять её мнение, – дверь в палату открылась.
Эля подскочила с дивана, вытянулась, как оловянный солдатик, и уставилась на вошедших огромным глазами.
