– Ты бледная, – Равиль наполнил электрочайник, кинул сбор трав в заварочник, сел рядом и осторожными движениями начал вынимать из конструкции на голове невесты шпильки, украшенные цветами и камнями. От простых движений пальцев голова кружилась, стены покачивались. Карима облокотилась на грудь жениха, позволяя расправиться с фатой, шпильками, невидимками и гребнями, удерживающими густые волосы.
Потом девушка пила чай, ей казалось, что она взбодрилась, но на самом деле, её разморило ещё сильнее, особенно от движений мужских рук, раздевающих её, уверенно справляющихся с крючками, застёжками и десятками пуговиц.
Ох, она так надеялась, что полупрозрачное, кружевное бельё понравится Равилю, на деле даже расстроиться не успела, что новоявленный муж не оценил по достоинству стараний: поднял на руки, будто она совсем ничего не весит, прошёл в спальню и укутал в одеяло. Правда, на секунду завис над Каримой и прошептал:
– Скоро приду, не засыпай, – поцеловал за ухом, резко встал, скинул с себя пиджак и направился в коридор.
Последнее, что помнила Карима – шум воды в ванной комнате. А потом провалилась в сон, ничуть не жалея об этом. Слишком устала, слишком хотелось спать.
Утром стало стыдно, да так стыдно, что боялась глаза открыть, посмотреть на мужа. Какая она никчёмная! Вместо брачной ночи в шикарном номере подарила мужу ночь в одиночестве в его же квартире…
– Проснулась? – Карима подпрыгнула на месте, встала на колени на упругом матрасе, забыв от неожиданности прикрыться, и уставилась на Равиля.
Он поправлял рубашку, приготовленную для второго дня свадьбы.
– Я… – где найти слова для извинений, как просить прощения? Голова понуро опустилась, в глазах застыли слёзы.
– Эй, – в голосе Равиля слышался смех. – Ну-ка поторопись, маленькая. Через час приедет водитель, а ты ещё не готова. Хотя… – он мгновенно оказался рядом, прижимая к себе.
Только тогда Карима сообразила, что стоит перед… мужем обнажённая. Бюстгальтер она сняла ночью, мешал, а прозрачные трусики считать за одежду не стоит. Они лишь подчёркивают… Всё подчёркивают.
Один молниеносный поцелуй, острый, жадный, мужской выбил дух, ноги подкосились, Карима начала заваливаться на спину.
– Но-но-но, – шутливо проворчал Равиль. – Час, всего лишь час.
Девушка подпрыгнула и рванула в ванную.
