Горький квест. Том 2

Казалось бы, решение совершенно идентичное, однако мотивация у ребят оказалась различной. Артем просто не пожелал считаться с тем, что подобное признание «неприлично» и недопустимо.

— Я не понимаю и не хочу понимать, почему то, что предусмотрено природой, должно стать чем-то постыдным, чем-то таким, чего нельзя касаться в разговорах. Я знаю, что практика таких смысловых ограничений существовала всегда, и всегда существовало табуирование определенных вопросов и тем, но я считаю подобные правила нелепыми и следовать им не стану, — твердо произнес он.

 — В них нет ни здравого смысла, ни логики. Кроме того, эти правила сильно осложняют жизнь людей и затрудняют взаимопонимание.

Тимур, который отвечал на вопрос следующим после Артема, сказал:

— Я бы тоже сказал девушке прямым текстом, как есть. И посмотрел бы, как она будет краснеть, смущаться и мяться. Это же прикольно: нарушить общепринятое правило и смотреть, как люди реагируют.

Сергей был единственным, кто озаботился вопросом: а как девушка относится к ситуации и к существующим правилам «романтической этики».

— Прежде чем предлагать свой вариант, я хотел бы понять, как моя подруга реагирует на проблему в принципе. Если я скажу, что мне нужно в туалет, неужели она меня не поймет, обидится, сочтет грубым или невоспитанным? Дайте нам хотя бы тезисно отношение противоположной стороны к обсуждаемому вопросу.

Вот именно поэтому Вилен и просил разделить девушек и юношей во время данного обсуждения: не только для того, чтобы молодые люди не стеснялись, но и для того, чтобы никоим образом, ни словом, ни жестом, ни мимикой или выражением глаз, они не могли подсказывать друг другу.

— Отношение противоположной стороны вам неизвестно. И не станет известно, вероятно, до тех пор, пока вы не женитесь. Но чаще всего даже годы, прожитые в супружестве, не избавят вас от стеснительности в вопросах, касающихся посещения туалета, — заметил ему Вилен.

— Тогда я, скорее всего, сделаю вид, что внезапно вспомнил о каком-то невероятно важном и срочном деле, попрощаюсь и убегу.

Буду искать туалет, ну, в самом крайнем случае, забегу во двор или в подъезд, вы же вроде говорили, что в те годы домофонов не было и в любой подъезд можно было зайти.

— Хорошо, вы убежите, — согласился Назар, — а девушку бросите посреди бульвара. Вы ведь понимаете, что она смертельно обидится, и вашим отношениям, только-только начавшим расцветать, уготована печальная судьба? Она вас не простит. И больше никогда с вами не встретится.