Горький квест. Том 2

Лишняя трата получилась… Но после трех суток на «советской» еде ему так захотелось чего-то привычного, вкусного!

Он и сам не ожидал, что, оказывается, соскучился по ангельскому голоску. Но что ж поделать, если до возвращения домой после окончания отборочного тура ему было совершенно нечего сообщить… Собственно говоря, ему и сейчас докладывать особо не о чем. И голосок, поняв это, не скрывал неудовольствия.

— Всегда знала, что ты тупой, — процедила обладательница голоса.

— Разве я виноват, что ничего не понял? Твой американец не больно-то делится своими соображениями.

— Ладно, рассказывай хотя бы то, о чем знаешь точно.

— На мероприятии будет шесть человек, три парня и три девчонки. Что будут делать — неизвестно. Из сотрудников остаются все, кто изначально намечен. Слышал краем уха, что вроде американец собирается отказаться от второго переводчика-синхрониста, говорит, что вполне освоился и ему хватит одного.

— В конце июня, в двадцатых числах. Среди ребят есть студенты, им нужно сессию сдать.

— И что он собирается делать почти месяц? Останется в Москве? Или уедет?

— Говорит, что останется.

— Ты меня спрашиваешь? — усмехнулся он. — Сказал, что будет заниматься подготовкой и каждый из сотрудников может в любой момент понадобиться.

— Выходит, и я тоже. А что тебя смущает? Ты хотела в это время пригласить меня в гости?

— Размечтался! Скажи-ка лучше: тот дед с дурацким именем все еще при нем?

— Назар? Да, он теперь правая рука нашего американца. А что, он тебя беспокоит?

— Он мне не нравится! — отрезал ангельский голосок.

— Откуда взялся — сказать не могу, мне не докладывали, но он полицейский в отставке.

— Полицейский… — задумчиво протянула она. — Ну, тогда ладно, это не опасно. Полицейский, значит… Это ничего, это нормально, менты всегда были тупыми.

— Неужели тупее меня? — поддел он, не удержавшись.

Она так и не избавилась за все эти годы от своей привычки называть тупыми всех, кого не могла понять или заставить делать то, что ей хочется.

— Ты вообще чемпион, тебя никто не переплюнет, — едко ответила она. — Давай занимайся делом, следи за всем, держи руку на пульсе. Если проворонишь что-то важное — не прощу.

— И не заплатишь? — поинтересовался он, хотя прекрасно знал ответ.

— Само собой, никаких денег не будет.