– А что, в Америке тоже принято бабло пилить? – подал голос веселый бородатый Тимур. – Я думал, это чисто российская фишка.
Я счел за благо ему не отвечать, ибо вопрос казался мне риторическим.
– И вы хотите эти деньги получить? – вступила со своим вопросом Марина.
– Да, хочу. Не вижу в этом ничего зазорного. Могу вам обещать, что если мне удастся завершить исследование и выиграть конкурс, то все, кто внес свой вклад в то, чтобы мне помочь, будут щедро вознаграждены. Я разделю премиальную выплату со всеми, кто участвовал в нашей работе.
Эта мысль пришла мне в голову только что, с Сорокопятом я ничего подобного не обсуждал, и в Соглашении об этом не было сказано ни слова. Но почему бы и нет? Тех денег, которые я еще не истратил, мне хватит с избытком на весь остаток жизни, даже если он окажется достаточно длинным. Если я получу деньги Уайли-Купера, то в могилу их все равно не унести. Лучше поделиться и с сотрудниками, и с участниками.
– Всем поровну? – подал голос Тимур.
– Вряд ли. Я еще не думал об этом, но премирование никогда не бывает поровну.
Каждый получит в зависимости от того, насколько существенную помощь он оказал."
"Тут я лукавил, конечно. Дойди дело до получения денег – и всем сотрудникам я выделю одинаковые суммы, и всем участникам – тоже одинаковые, но поменьше. Однако сейчас мое решение могло сыграть роль демотиватора: наверняка среди ребят найдется хоть один, кто решит, что можно не напрягать извилины и достаточно просто дотянуть до конца. Он не будет стараться, не будет прилагать усилия, а в результате сможет претендовать на равную с другими премию.
Это несправедливо. Поэтому я солгал.
– А если вы не победите в конкурсе? Если какая-то другая работа окажется лучше вашей? – спросила Наташа.
– Значит, я не получу денег, – лучезарно улыбнулся я. – Их получит более достойный исследователь.
– И вам не будет обидно? – продолжала девушка.
– Нет. Я слишком много раз проигрывал в этой жизни и прекрасно знаю, что это не смертельно.
Снова заговорила Марина:
– Но вы же тратите кучу бабла на проект.
А если не выиграете конкурс, то вы бабки не отобъете. Как же тогда?
Я развел руками:
– Никак. Я сознательно иду на то, что теряю деньги.
Выходило, что вопрос денег интересовал молодых людей больше всего. Во всяком случае, на околофинансовые вопросы мне пришлось отвечать довольно долго. Время подходило к обеду, и Назар попросил предоставить ему слово.
– Вижу, что про деньги вам говорить интереснее, чем про суть, – строго произнес он.
