Юрий принес из соседней комнаты высокую стопку из двенадцати книг: по два тома на каждого участника. В глазах Тимура мелькнул ужас.
– Мы что, всего Горького будем здесь читать? Да это ж удавиться легче!
Галия рассмеялась.
– Деточка, весь Горький – это как минимум шестнадцать томов, а то и все двадцать. Вы будете работать с пьесами, да и то не со всеми, и с одним романом. Романа в этих двухтомниках нет, вы его получите позже.
Артем быстро просмотрел содержание обоих томов и поднял руку:
– Читать можно только в том порядке, который вы сами назначаете?
Вопрос был мне непонятен, и я перевел глаза на Семена, полагая, что, вероятно, не справился с переводом.
Хотя какие могли быть затруднения с переводом таких простых слов? Семен пожал плечами и обратился к Артему:
– Уточните вопрос, пожалуйста.
Тот слегка улыбнулся.
– Я хотел спросить, могу ли я прочитать оба тома сразу, сейчас, не дожидаясь, пока вы назначите обсуждение конкретной пьесы?
– Разумеется, – с облегчением ответил я.
– В таком случае почему роман, о котором вы говорите, нам дадут позже? Почему не сейчас? Вы не хотите, чтобы мы его заранее прочли?
Лицо Сергея снова напряглось и стало злым. Видимо, он и тут заподозрил какой-то подвох. Милый мальчик, никакого подвоха нет, и никто не собирается тебя обманывать. Просто есть обычные производственные трудности.
– Оказалось, что собрать нужное количество экземпляров романа «Фома Гордеев» не так просто, – пояснил я. – Решить вопрос с пьесами удалось быстро, а роман обещали привезти через пару дней.
Сергей расслабился, а Артем, сидящий рядом с ним, продолжал допрос:
– А обсуждать между собой пьесы, которые вы еще не задавали, тоже можно?
– Конечно. Можете обсуждать друг с другом, можете – с кураторами, одним словом, в любой комплектации. Ограничение только одно: до тех пор, пока пьеса не проработана в этой комнате, вы не должны читать материалы, написанные литературоведами, критиками, историками и прочими специалистами.
– Да где ж нам их прочитать, если вы интернет перекрыли! – ехидно заметил Тимур.
Ребята захихикали. Все, кроме Евдокии, которая смотрела на хипстера серьезно, грустно и, как мне показалось, с сожалением.
– Есть такое учреждение, называется «библиотека», – негромко проговорила она. – Может, слышал когда-нибудь?
– Жесть, – обескураженно выдохнул хипстер-очкарик. – Получается, хочешь – не хочешь, а читать придется только на бумаге. Каменный век, блин.
