Горький шоколад

Заревела, как первоклассница, получившая первую двойку. Как младшая сестра, получившая от старшего брата обидную и несправедливую затрещину. Как маленькая девочка, сломавшая любимую куклу. Как взрослая дура, короче!

Ревела в голос, смачно, со вкусом, не отказывая себе.

«Сильная женщина плачет у окна», – пела певица.

А через полчаса вытерла слезы, пошла в ванную, умылась и посмотрела на себя в зеркало. «Что, Леля? Совсем расквасилась? Ну все, хорош! Приходи в себя, дорогая! Тебе не положено, знаешь ли! Каждый должен соответствовать положенному имиджу.

Значится, так! Парикмахер и косметолог – первым долгом. Вторым – крепкий сон. Здесь – выбирай: или пару рюмок хорошего коньяка, или снотворное. Первое, разумеется, лучше. Дальше – хватит, милая, жрать! Все эти бургеры, кексы, пирожные и макароны. Нахваталась углеводов, а не помогло! Настроение не улучшилось – только морда раздулась. Переходим на овощи и морепродукты – креветки, например, или кальмары.

Ну и берем себя в руки – крепко берем и крепко держим.

И еще – надеемся на хорошее!»

После этого она снова выпила кофе – последняя чашка сегодня, честное слово! – и позвонила парикмахеру и косметологу. Записалась на завтра. А чуть подумав, набрала номер приятельницы Ксюши, у той свое риелторское агентство. Так, на всякий случай – просто поговорить. Ксюша не из болтливых – сплетни не пойдут. Та, как всегда, была деловита и, кажется, озабочена:

– Дом? В смысле – твой? Ох, Леля! Забудь! Стоит все! Все, что стоять не должно.

 – Ксюша усмехнулась. – Город – еще кое-как. Хотя тоже жесть. А уж про загородку я вообще молчу! Ни-че-го! Понимаешь, совсем ничего! За полцены не отдашь! А что, все так хреново, да, Лель? – участливо спросила она и добавила: – Как я тебя понимаю…

Дом. Как Леля любила свой дом! Как долго выбирала участок! Как тщательно продумывала проект и ремонт, меняла архитекторов и рабочих. Как по ночам часами просиживала в интернете и листала журналы – мечтала, что этот дом будет настоящим семейным гнездом: муж, дочь, а потом зять и внуки.

Продумала комнаты для внуков – детские комнаты. Мальчику – в бежевых тонах, девочке – в светло-сиреневых. Никакого розового и голубого! Мебель, правда, не покупала – всему свое время. Не советские дефицитные времена – все есть, еще успеется. Но муж дом не полюбил – почему? Непонятно. Может, опять потому, что снова ОНА? Снова сама? Ездил туда неохотно – после долгих уговоров: «Я, Леля, человек городской. Урбанист.