Вариант с побегом отметался сразу. Комната располагалась на втором этаже, и спуститься с окна было невозможно, да и смысла не имело. Там высокий забор и охрана. Отмыкать мою комнату тоже никто не торопился. Один раз только служанка принесла обед, и тут же снова заперла дверь. Разговаривать она не стала, притворилась слепой и глухой."
"От еды я отказываться не стала, была очень голодна. Конечно, есть вероятность, что мне туда что-то подмешали, но смысла в этом я не видела. Думаю, цель у них какая-то другая, нежели моё бессознательное состояние.
Предположения мои вскоре подтвердились. Ближе к ночи в комнату вплыла Эвелина.
– Ну как тебе отдыхается, дочь? – последнее слово буквально выплёвывает.
– Не очень. А вот ты, я вижу, цветёшь и пахнешь? – тоже язвлю.
– Цвела и пахла я сейчас, если бы ты не подставила меня. И как скажи, стоило оно того? – смеряет меня презрительным взглядом. – Этот щенок ведь выкинул тебя, как я и предупреждала!
– А убить человека ради наследства, как стоило? Как тебе по ночам спится?
– Прекрасно, – усмехается.
– Надо было это раньше делать. Ну, ничего, теперь мы имеем то, что имеем. И выбраться из этого дерьма поможешь мне ты! – уверенно указывает на меня пальцем.
– Интересно, каким образом?
– В детали посвящать тебя и не стану, но если кратко, сейчас ты готовишься к свадьбе с Артёмом Волынским, а дальше… Он помогает нам вернуть то, что по твоей дурости мы потеряли.
– Интересно, как он это теперь сделает? Завещание ведь вступило в силу.
– Это не твоё дело. Скажу только, что есть лазейки, в любом случае я не допущу, чтобы этот щенок получил всё, что причиталось нам по праву.
– А может, стоит оставить его в покое? Начать жить самостоятельно? Мне не нужны эти деньги! – категорично заявляю я.
– Ты молодая и глупая, – начинает заводиться мать. – Поэтому на твои мозги ставку никто и не делает.
– А ты не боишься, что в любую минуту сюда ворвутся полицейские и заберут тебя в тюрьму, ты ведь в розыске!
– Да, это усложняет многое, но в тюрьму я точно не собираюсь.
Если будешь делать всё правильно, скоро мы с тобой будем загорать на лазурном побережье, – усмехается самодовольно.
– Мы или ты? – прищуриваюсь, глядя с презрением на неё.
– Ну, я-то точно, а где будешь загорать ты, будет решать твой муж. Радуйся, что Артём пока ещё не потерял к тебе интерес.
– Чему радоваться? Да мне блевать от него хочется?
– Дура! Замолчи! Ты будешь принимать с радостью своего жениха, и только попробуй взбрыкнуть, – шипит мне в лицо.
