— Вот я действительно знаю только пару аккордов, а тебе не верю! — демонстративно отворачиваю вздёрнутый от негодования носик и продолжаю бренчать известную мне одной мелодию. Затем протягиваю гитару Дану, губки надуваю, и глазки жалостливые делаю. Ах да, ещё ладошки в молящемся жесте чуть не забыла сложить, когда он гитару принял.
Даня вздыхает обречённо, присаживается на диван, укладывает светло-коричневую красавицу себе на колени и бережно проводит рукой по струнам. От умелых прикосновений гитара щедро делится звуками, а Даня подпевает:
— Я тебя целовал у ночного огня.
*
Я тебе подарил половинку себя.
Я заворожено смотрю на любимого, открывшегося для меня с новой, довольно неожиданной стороны. Интересно, сколько всего удивительного может быть скрыто в одном единственном человеке. Но чтобы это узнать, нужно позволить человеку раскрыться, быть рядом, поддерживать.
— Ты не верила мне, но любила меня.
Я оставил с тобой половинку себя.
Когда звучит последний аккорд, и Даня поднимает на меня светящиеся карамельные глаза, я улыбаюсь.
Очередное ""никто"" за сегодняшний вечер пополнило копилку нашей биографии, потому что ещё никто не пел для меня песен. Удивительно, но пока красивый мужской бас ласкал мой слух, внутри я ощущала трепет. От его голоса, от мимолётного обжигающего взгляда, от всей интимности ситуации.
— Очень красиво — говорю полушёпотом, боясь нарушить атмосферу очарования. Смотрю на Даню и не могу понять, как всего лишь за каких-то четыре с небольшим месяца он преодолел путь от Даниила Витальевича до Дани? Как два абсолютно разных человека смогли найти дорогу к сердцам друг друга? Ответ мне кажется очевидным — это чудо.
Чудо, которое называется любовью.
Любовь действительно способна творить чудеса — соединять, примирять, созидать. От нас требуется только позволить ей действовать, а в трудностях напоминать себе, что любишь.
Уютный вечер с каждой минутой приближается к ночи, и я вспоминаю, что мне пора уезжать.
— Может, останешься? — Даня предлагает без особого энтузиазма: знает, что не соглашусь.
— Меня Янка с Линой из дома выгонят, куда я пойду?
— Так ко мне…
— О…
Спешу к выходу, потому что если перепалка на эту тему начнётся, то мы до утра будем спорить. Обсуждали ведь сотню раз: не готова я пока к таким подвигам.
— Больно ты инициативный — бурчу, усаживаясь в кресло Астровской тачки и пристёгиваясь ремнём безопасности.
Карие глаза, устремлённые на меня, в темноте кажутся совсем чёрными. И серьёзными.
