Настроение на нуле, но нашего самодура это вряд ли волнует.
— Даниэль — наш повар-чемпион! — прогромыхал мужчина опять не мне — Прошу любить!
Гости ресторана дружно захлопали в ладоши, а кое-где даже защёлкали камеры. Я недовольно поморщился и отвернулся.
— Валентин, что за цирк? — обратился к главному начальнику, чтобы никто не слышал.
— Где? — искренне удивился он — А, так ты же главная фишка моего ресторана.
Мужчина растянулся в довольной улыбке, похлопал меня по плечу и удалился в свой кабинет.
— Чтоб ты вечно в макдаке обедал — сказал ему вслед, развернулся и пошёл в том же направлении.
Лишь оказавшись в кабинете и закрыв за собой дверь, смог расслабиться и позволить себе привычное поведение.
— Валик, ты шут! — кинул, неспешно оседая в кресле.
— Тебе что жалко что ли? — возмутился мужчина — Тоже мне, друг называется.
Наша перепалка может продолжаться бесконечно, но Валентин вдруг решил сменить тему.
— Ладно, лучше расскажи, кого там Ольга без твоего ведома приняла?
Невольно скривился, вспоминая Миронову, которая пыталась расположить к себе чрезмерно открытой улыбкой.
Но от объяснений меня это не избавило, поэтому пришлось в двух словах описать генеральному суть дела.
— А проблема в чём? — поинтересовался Валентин, беззаботно перекатываясь на стуле с колёсиками.
— Ты знаешь, что я ненавижу работать с уличными проходимцами, попавшими на кухню по блату. А эта девчонка…
— Она хоть симпатичная? — сбил меня с толку.
— Разве об этом речь? — не собираюсь уклоняться от темы.
— Ну, если симпатичная, пускай работает — бросил легкомысленно, поправляя на голове короткий блондинистый ёжик.
Этот парень неисправим: он ни о чём, кроме юбок думать не может. И как ему отец доверил практически полностью управлять делами ресторана? Впрочем, это не моя забота: я занимаюсь своим любимым делом, а прочие проблемы меня не касаются.
— Кстати, — окликнул Валя, когда я уже стоял в дверях, — если останется время, загляну к вам через пол часика. Лично хочу посмотреть на новенькую.
— Она мелкая ещё — отрезал, понимая куда он клонит.
— Ну восемнадцать же есть в любом случае?
— Разве что. Но ты уже старый дед, мог бы и остепениться.
— В тридцать лет? Даже не мечтай! — отсалютовал ладонью и переключился на бумаги, разложенные на столе.
Я молча вышел из кабинета и направился обратно на кухню, надеясь, что именины там уже закончились.
И очень обрадовался, когда увидел идеально слаженный процесс работы тщательно подобранного мною коллектива.
