Я видела его интерес ко мне, заботу, но не знала, чем они продиктованы. Я важна для него сама по себе или только как сосуд для удобного дара?
Грустные размышления прервало громкое урчание моего живота.
– Скоро вернемся домой, – ответил ему Рэнфорд. – Наша одежда почти просохла.
Я кивнула и сглотнула, представив, как сооружу огромный сэндвич. Теперь я стала сильным конкурентом Дженни в борьбе за кладовую!
– О чем ты думаешь? – спросил Даррен.
– О еде, – призналась я.
– А какое твое самое любимое блюдо?
– Булочки с изюмом, которые готовили в папиной пекарне.
Я просто обожала их, могла питаться ими одними.
– У вас была пекарня? – удивился хозяин."
"Сердце привычно перехватило болью, и я кивнула. Пекарня – признак достатка, а мы с близнецами были бедны. Некромант смотрел на меня с нежностью и искренним интересом, и мне захотелось рассказать ему все.
Про то, как любил свое дело отец. Про его пекарню, которая славилась не только своими булочками, но и добрым отношением к посетителям. Захлебываясь словами, я говорила и говорила.
О том, как отец решил открыть новую лавку в другом, более респектабельном районе. Нашел здание в отличном месте. О мужчинах, пришедших поздним вечером и велевших забыть об этом. Отец не послушал… Нанял рабочих для ремонта, заказал мебель… Следующей ночью сгорела пекарня отца. Он был раздавлен, но не отказался от своей идеи… Через пару дней вспыхнул наш дом. Отец и Элизабет задохнулись от дыма, я, как раз приехавшая на каникулы, сумела вынести из дома Эми и Оливера… Дело завели, но поджигателей не нашли.
Зато в облюбованном отцом здании открылась кондитерская мистера Шеффера, родственника мэра.
Закончив рассказ, я смахнула слезинку со щеки. Даже спустя столько лет воспоминания причиняли мне боль. Даррен крепче обнял меня, позволил спрятать лицо у себя на груди.
– Вы так и живете в том доме?
– Да, на перекрытия наложили заклинания, но на ремонт денег не хватало. После завершения контракта нужно будет…
– Не беспокойся, Лив, я позабочусь об этом, – голос мужчины прозвучал глухо.
– А почему ты не сделаешь ремонт в особняке? – осмелилась я задать давно интересующий меня вопрос.
Даррен горько усмехнулся:
– Теперь моя очередь изливать душу. Скажи, Дженни рассказала тебе про то, как я оказался смотрителем Элирского поля?
Я замялась. Сдавать магичку не хотелось, но и лгать тоже.
– Не стесняйся. Я же знаю свою сестру, она наверняка все растрепала.
Выдохнув, я кивнула и состроила виноватое выражение лица.
