– Некромантия пробудилась вашим вторым даром, и вы должны быть предельно осторожными. Если первый дар растет постепенно вместе с вами, то здесь вы получаете довольно мощную силу сразу. Особенность магии смерти в том, что она ядовита даже для самого владельца.
Леди Кэтлин изумленно вскинула брови, а я поежилась. С этой стороной магии мне уже довелось столкнуться.
― После использования силы вам обязательно нужно поглотить нейтральную энергию.
― А мой первый дар подойдет? – спросил лорд Джастин.
― Нет, сила должна быть чужой.
Не обязательно магия, это может быть и добровольно отданная энергия обычного человека. Большой процент энергии при передаче через артефакты теряется, гораздо вернее использовать для этих целей постель. Во время близости человек снимает все свои внутренние барьеры и по собственному желанию делится энергией.
Джастин ухмыльнулся, а Кэтлин возмущенно вспыхнула:
― Мастер Рэнфорд!
― Привыкайте, леди. Сейчас вы не на светском приеме, а на занятиях, ― жестко произнес он.
― Хорошо, ― она опустила глаза.
Некромант продолжил говорить о магии смерти, а я терялась в догадках. Слушать его, конечно, увлекательно, но совершенно неясно, для чего я здесь.
― Принеси мне воды, ― бросила мне Кэтлин, придвигая ближе перо с чернильницей. Рэнфорд описывал, как напитать уже известный им щит магией смерти.
Я поднялась с кресла, но в ту же секунду некромант обернулся:
― Леди, в моем доме прислугой распоряжаюсь я. Оливия останется здесь до конца занятия. А бокал с водой стоит позади вас.
Девушка скрипнула зубами, но не посмела ослушаться – лишь наградила меня неприязненным взглядом. А я-то тут причем? Я и сама бы с удовольствием вернулась к себе! Во мне нет ни капли магических сил, к чему мне эта лекция?
Рэнфорд подошел ко мне и, наклонившись, произнес на ухо:
― Записывай, какого цвета их щиты.
Его дыхание щекотало мне висок, по спине побежали мурашки. Я кивнула, судорожно вцепившись в бумагу.
Смысл задания стал ясен сразу же после того, как ученики перешли к практике.
Щит представлял собой тонкую мутную пленку, переливающуюся цветом вложенной в нее стихии. Вместо черного цвета некромантии щиты Кэтлин светились алым, а у Джастина – синим. Интересно, он водник или воздушник? Когда бокал с водой вдруг унесло порывом ветра, я сообразила – все-таки воздух.
― Ничего не понимаю! – взмолилась леди. – Я же все делаю верно!
― Вы слишком привыкли использовать потоки магии огня. На перестройку требуется время.
