Слишком близко, слишком тесно…
Сердце в груди убыстрило бег, а глаза хозяина потемнели еще больше. Но я видела: это не тьма, а желание. Рэнфорд провел пальцем по моей щеке, и его прикосновения заставили кожу гореть. Что он делает?
Я прерывисто всхлипнула, попытавшись отодвинуться, и он пришел в себя. Сделав шаг назад, он хрипло приказал мне:
― Иди отсюда.
Повторять дважды ему не пришлось. Подобрав юбки, я опрометью бросилась из кухни, все еще дрожа от пережитого страха. Только ли страха? Прикосновения мужчины пугали меня, но к ним примешивалось… предвкушение? Едва осознав последнюю мысль, я до боли прикусила губу.
Добравшись до своей комнаты, захлопнула дверь и прижалась к ней лбом. Мне повезло, что хозяин держал слово и не трогал меня. Ждал, пока я приду к нему сама?
Приложив ухо к двери, я прислушалась. Кажется, на втором этаже никого не было – возможно, мужчина ушел в лабораторию. Я бы с удовольствием заперлась у себя в комнате, но обед сам собою не приготовится! Вряд ли у голодного некроманта настроение станет лучше.
Да и я снова хотела есть…
Если не поем, то вечером мне будет тяжело сладить с браслетом. Постепенно я выработала для себя правила. Сытная еда и покой в течение двух часов перед сеансом – и зарядка артефакта обходится малой кровью. Да, головокружение и слабость все еще при мне, но хотя бы нет ужасной боли, как…
О том, как Рэнфорд помог мне справиться с болью, я старалась не думать. Щеки заливал румянец, а тело охватывала истома, стоило вспомнить, как он ласкал меня.
Едва не порезавшись ножом, я фыркнула и потрясла головой в надежде избавиться от этих мыслей. Что со мной сегодня? Сперва я из любопытства решила ответить на поцелуй Ника, теперь думаю о некроманте. Я вполне научилась справляться с браслетом, крайние меры не понадобятся!
А мне определенно нужно занять чем-нибудь мозги. Да даже тем любовным романом про селянку и маркиза! Толку больше будет…
К обеду Рэнфорд вышел из лаборатории. Вид у него был мрачный: на лбу морщинка, в черных глазах светилась досада.
Он отстраненно наблюдал за тем, как я таскаю тарелки, и помог водрузить тяжелое блюдо на стол.
Я без напоминания села рядом – все равно заставит. От вина мужчина отказался и приступил к еде. Триш запрыгнула к нему на колени и замурлыкала.
Глубоко вдохнув, я решилась:
― Мастер Даррен… Я хотела попросить у вас прощения. То, что случилось сегодня… Вы правы. Прислуга не должна вести себя так в рабочее время.
