Горничная для тирана

– Ну иди тогда отнеси Демьяну Ростиславовичу чай в кабинет, – Василиса указывает мне на поднос, куда составляет чайник с только что заваренным чаем, пару чашек, мед и лимон.

– Почему я?

Мне совсем не хочется сталкиваться с хозяином. Не могу снова посмотреть ему в глаза.

– Наверное, потому что он просил, чтобы чай подала ты, – Василиса хитро улыбается.

– Правда просил? – убеждаюсь я, вспоминая случай с Марком.

– Правда. Иди, чай стынет. Демьян Ростиславович не любит холодный, – подмигивает мне и вручает поднос.

Ладно, я просто поставлю чай и уйду, что может быть проще.

Дверь в кабинет приоткрыта, мои руки заняты подносом, и я не могу постучать. Вижу хозяина за рабочим столом, рассматривающего какие-то бумаги, и по телу прокатывается волна мурашек. Еще несколько минут назад я была вполне спокойна, а сейчас во мне десятки эмоций: страх, волнение, стыд и какой-то непонятный трепет. Сглатываю.

– Можно? – стараюсь говорить громко, но выходит не очень.

– Проходи, – не отрываясь от бумаг, произносит мужчина.

"– Куда подать чай? – интересуюсь я. Мужчина поднимает на меня глаза, с минуту просто смотрит. Нет, не просто. Он никогда не смотрит просто. Черные глаза заглядывают в самую душу. Сегодня он в простой белой футболке. И даже несмотря на, казалось бы, неформальный стиль в одежде, все равно выглядит солидно. Когда стиль, харизма и энергетика возвышают человека, то неважно, что на нем надето.

Мужчина смотрит на меня, а я опускаю взгляд на его руки.

– Я не просил чай, – вдруг произносит он.

– Как не просили? – теряюсь, снова чувствуя себя идиоткой. – Василиса сказала…

– Расслабься, – усмехается мужчина. – Я пошутил. Поставь сюда, – отодвигает бумаги, указывая мне на край стола.

Выдыхаю. Составляю с подноса на стол чайник и чашки.

– Что-нибудь еще? – интересуюсь у него, сжимая поднос. Вчера я была пьяна и было легче общаться с этим человеком, а сегодня мне парадоксально стыдно, настолько, что лицо горит.

– Да, налей чай в две чашки, – просит Демьян Ростиславович. Не вижу в кабинете второго человека, но без вопросов разливаю чай. – А теперь оставь этот поднос и сядь, – указывает мне в кресло напротив. – Пей чай.

Сначала сажусь, не раздумывая, как дрессированная собачка. А потом прихожу в себя.

– Зачем? – привлекаю к себе внимание, потому что мужчина снова утыкается в бумаги, продолжая работать.