— Что вы с ним сделали?
— Да ничего особенного, — пожала я плечами и задумалась: а в самом деле, в чем причина перемен в Гоине? Всегда же есть причина, какое-то действие, или слово, побуждающее к чему-то. Так чем же я, Регинка Жарковская, все-таки зацепила Гоина? Почему я — девушка, которую он знает всего-то ничего, совсем не самая талантливая и уж точно не особенная, стала его избранницей?
Заметив, что мыслями я далеко, Нина отошла к Ли, начала весело перебрасываться словами с обоими Малейвами.
За окнами разливалась чернильная ночь, ее разгоняло только слабое освещение площадки. Мне не хотелось задавать вопросы, я знала, что и безо всяких ответов сама во всем разберусь… тем более что выражение на лицах моих сопровождающих было многообещающее. Лишь Аркадий оставался серьезным.
Мы вышли из аэрокара, Гоин, как и полагается жениху, подал мне руку и помог спуститься. Было прохладно, если не сказать холодно. Но для психокинетиков нашего уровня никакой холод не страшен.
Нас встретили военные-центавриане. Одного из них я узнала — это был тот самый недотепа Экри, который устроил мини-катастрофу в лесу. Увидев его, Нина протянула озорно:
— А я думала, товарищ Экри, вы давно уже раны дома залечиваете. По большей мере моральные…
— Прекрати, — с каменным лицом ответил мужчина.
— Нет, не могу, прости. Экри, ну не верится мне, что ты… с каром… не справился, — девушка говорила тяжело, так как ее разбирал смех.
— Не смешно, — отчеканил бедняга и, развернувшись, пошел от площадки.
Нина, посмеиваясь, последовала за ним. Интересно, они коллеги или друзья?
— Светлейший, — обратился к владетелю один из военных. — Субъект на месте и ожидает вас.
— А какова обстановка в городе?
— Все спокойно.
— Прекрасно. Дорогой племянничек, — непередаваемо насмешливо протянул Гоин, — я признателен тебе за помощь в организации этой скромной операции, но дальше мы с Региной пойдем одни.
— Рад услужить, дражайший дядюшка, — в том же тоне ответил Ли.
Гоин повел меня по кое-как очищенной дорожке к зданию, окруженному военными. Несколько местных испуганно выглядывали из окон своих домиков, но не осмеливались выходить и тем более о чем-то спрашивать.
У меня появились плохие предчувствия; сердце как-то нехорошо забилось. Мы в Дарне, границ владения не пересекали, и все же…
— Так нужно, — прошептал Гоин, почувствовав мои сомнения. — И в первую очередь — тебе.
