"
"Ивасик на правах старшего терпеливо ждал, когда закончатся гостинцы для Соли, и, нет-нет да и поглядывал ревниво, не опустел ли мешок. Нет, если б названному братишке не досталось ничего, кроме конфет, он и не подумал бы обижаться - взрослый не по годам, мой светлый Ивасик, к сожалению, уже знает цену деньгам и понимает, что главное сейчас - добыть средства на его лечение. И потому, когда в руках мальчика оказалась модель парусника в бутылке, парусника со светящимися в темноте парусами, у Ивасика задрожали губы.
Дальние путешествия и мореплавание - давняя мечта мальчика и я верю, что однажды он её осуществит. А пока парусник будет служить мелким ночником и своего рода путеводной звездой для братишки.
Когда следом за парусником из мешка появился секстант - прибор для измерения высоты солнца и других небесных светил и прокладывания пути по звёздам, Ивасик завопил похлеще Соль, а увидев скромный морской бинокль, утратил на какое-то время дар речи.
Взъерошив ещё больше вихры на детских головёнках, я выудила из рюкзака мешочек с ракушками и плоскими разноцветными камушками, собранными лично мной на самом красивом побережье Серого моря.
Тут уж дети завопили на два голоса.
Дядюшка только головой покачал, с любопытством разглядывая потолок в бинокль.
- Теперь твой черёд, дядюшка, - хитро улыбнулась старому ведуну и тот поморщился с деланой досадой.
- Ишь, чего удумала, егоза...
- Вот.
Прекрасно зная дядюшку, я этим самым знанием воспользовалась, чтобы припасти для старого ведуна то, от чего он просто не сможет отказаться.
Травы, грибы и коренья, которых у нас не собрать. Три склянки с драгоценным жиром змеелукхи, - одна капля стократ усилит свойства любого согревающего бальзама. Да и вообще жир этот на вес золота, дядюшка точно найдёт, куда применить. Крохотный флакончик со слезой единорога. Горсть разноцветных кристаллов из Самоцветных гор, чуть ушла тогда от здоровенных, с корову, грифонов с железными клювами, обитающих в тех же скалах, несколько драгоценных орехов выри.
И самое главное - мешочек с сугримами!
Пять золотых, пятнадцать серебряных и горсть медных грошиков - всё, что насобирала за два круга, откладывая жалованье горничной.
Окончательный расчёт Диана произведёт со мной, когда обнаружу последнее искомое. Ведун потрепал меня по щеке.
- Себе, чай, не оставила ничего, егоза?
- Как это, не оставила, дядюшка? - притворно расширила я глаза. - Да и я в замке на всём готовом, как сыр в масле. Хозяйка меня и кормит, и одевает.
