– А сие уже давно доказано, ваше высокоблагородие, – выступив вперед, с достоинством возразил казачий атаман. – При осаде крепости, благодаря двум таким мортирам, врагу был нанесен такой урон, что он от штурма отказался, а казачий полуэскадрон разгром закончил. А после уж и батальон из города подошел.
– Слова ваши, господин полковник, весьма интересны, но хотелось бы увидеть эдакое чудо самому, – усмехнулся генерал.
– Извольте, ваше высокоблагородие, – усмехнулся в ответ атаман и, развернувшись к Елисею, быстро подмигнул.
– Начинай, казак.
– Слушаюсь, господин атаман, – лихо козырнул парень."
"По его сигналу Мишка взбежал на бруствер и, вскинув над головой длинную палку с красной тряпкой на конце, начал ею размахивать. Солдаты, увидев этот сигнал, принялись перетаскивать манекены с места на место, имитируя подготовку к атаке. Елисей, достав из ящика мину, ловко опустил ее в ствол, и через секунду, над позицией раздался шипящий свист. Мина, описав параболу, упала среди манекенов.
В быстром темпе отстреляв пять мин, Елисей остановился и, приняв уставную стойку, бодро доложил:
– Господин атаман, первое упражнение кончено.
Извольте взглянуть на результат.
– Господа, – развернулся атаман к остальным офицерам, с интересом наблюдавшим за действиями парня, – прошу проследовать за мной. Оцените все, что называется, лично.
Генералы снова погрузились в свои кареты и отправились к воронкам, оставленным минами. Тем временем солдаты уже готовили следующую партию болванов. Вернулись на позицию генералы весьма озадаченными.
Чуть усмехнувшись, Елисей снова кивнул Мишке, и мальчишка, пронзительно свистнув, в очередной раз принялся размахивать тряпкой.
Солдаты, подхватив веревки, быстрым шагом двинулись в сторону минометной позиции. Елисей слегка подправил прицел и, подхватив мину, опустил ее в ствол. Десяток разрывов последовали один за другим, уничтожая наступавший взвод. На этот раз генералы забыли про разговоры и увлеченно следили за результатом в различную оптику. Едва только огонь стих, они, не сговариваясь, поспешили к своему выезду.
Для третьего упражнения Елисею требовалась помощь офицера-артиллериста. Молодой лейтенант, найденный по такому случаю подполковником, уже поднялся на вышку, чтобы начать корректировку, когда один из генералов с молодецким криком:
– Да мать твою, сам хочу, – рванул к вышке.
От такого захода растерялись все. Пожилой генерал взобрался на вышку и, отобрав у лейтенанта подзорную трубу и рупор, принялся командовать.
