Говорил турок по-русски чисто, только с легким акцентом. Не зная, его можно было запросто принять за жителя предгорий. Услышав шаги за спиной, Елисей обернулся и, увидев коменданта, молча склонил голову, здороваясь.
– А этот тут зачем? – удивился штабс-капитан, заметив британца.
– Попробую его на приговоренного обменять, – коротко сообщил Елисей.
– Да как же так-то, ваше превосходительство?! – возмутился подошедший вместе с комендантом прапорщик. – Это же офицер!
– Это мой полон, – не оборачиваясь, огрызнулся Елисей.
– Вы, ваше благородие, сами то признали на людях.
– Тут он прав, господа, – развел штабс-капитан руками. – Это действительно его пленник.
– Но я же заплатил ему, – вдруг подал голос британец.
– А ты вообще молчи, шваль, – рыкнул Елисей, пнув его в бок. – Что с тебя взято, мой трофей. Я еще с тебя не спросил за напарника твоего. Так что лучше помалкивай, целее будешь.
Собравшиеся на стене казаки, с интересом выслушав этот диалог, только одобрительно закивали, нехорошо поглядывая на прапорщика, решившего лишить парня пленника.
– Что делать собираешься? – спросил комендант у Елисея, таким образом оборвав зарождавшуюся дискуссию.
– Сейчас попробую с этим фазаном ряженым поговорить. Может, чего и получится, – вздохнул парень, убирая бинокль. – Эй, эфенди! – окликнул он, перегибаясь через стену. – Подойди ближе, не бойся, стрелять не стану. Хочу показать тебе кое-что.
– Что ты мне можешь показать, гяур? – расхохотался турок.
– Вот это, – ответил Елисей, вздергивая британца на ноги.
– Кто это? – насторожился толстяк и, старательно всматриваясь в лицо пленника, начал осторожно приближаться. Но до этого он подал своим присным какой-то знак, и за собравшейся толпой тут же возникло какое-то движение.
Турок подошел метров на сто и, достав из-за пояса небольшую подзорную трубу, навел ее на пленного, торчавшего по грудь над стеной.
– Ага! – выдохнул он, зло усмехаясь. – Значит, ты его поймал.
– Как видишь, – кивнул Елисей. – Это мой пленник, я хочу обменять его на того казака, которого поймали твои люди.
– А зачем мне это? – вдруг спросил турок, оглядываясь назад."
"Там, у кола, уже суетились несколько горцев, которых, похоже, назначили палачами. Из толпы вытолкнули связанного окровавленного человека, и палачи тут же бросились что-то делать. Что именно, Елисей без бинокля не понял, но сообразил, что ничего хорошего.
