Пусть будет со сливками.
— И мне тоже, — сказала Лула.
Официантка убежала выполнять заказ, а Атемита дала уточнение.
— Сливки будут взбиты в виде облачка. Сперва удивляет, потом привыкаешь.
Мы с Лулой дождались заказа. Сливочная шапка на кофе и вправду похожа на облако.
— Оригинально, — сказала Лула.
— Пить можно, — добавил я.
— Марк, — Атемита перешла к делу, — Оракул вызвал меня на Рублевку.
— О как. Что хочет оракул?
— Пока не знаю. Собрание ложи правителей назначено на вечер.
— Но ты же не входишь в ложу правителей, — резонно заметила Лула.
— В ложу не вхожу, но являюсь кем-то вроде официального наблюдателя, — пояснила Атемита, — И если меня вызвали, значит на собрании будет ставиться вопрос о составе ложи.
— Наверно, оракулу надоело заседать в этой ложе, и он хочет, чтоб ты наконец заняла законное место, — предположила Лула.
— Это вряд ли, — Атемита отрицающе покачала головой, — Регламент не подразумевает голосование ложи о составе участников без заявки от претендента. А я такую заявку не подавала.
— Вот те раз. А кто тогда подал заявку? — спрашиваю с недоверчивой усмешкой, — Мэгра что ли?
— Нет, Марк. Мэгра — зверобог. А от фракции зверобогов в ложе уже есть представитель. Это Слонце.
— Тогда я теряюсь в догадках, разве только Мэгра сменила природу, — делаю смелое предположение.
— Не поняла, — Атемита нахмурилась, — Какую природу?
— Ну… как бы Мэгру называют говорящей с хаосом. А что если она переметнулась к хаоситам? Тогда многое объясняется.
— Что объясняется? — не поняла Лула, — Ты думаешь, Мэгра вот так припрется на совет и потребует, чтоб ее приняли в состав ложи как представителя хаоса? Это же невозможно.
— Если за твоей спиной стоят оловянная армия и армия хаоса, все возможно.
— М-да, — Атемита поморщилась, — Хотела бы я не согласиться с Марком, но Марк прав. На Олимпе все решает сила.
— И что теперь делать? — Лула задала вопрос близкий к риторическому.
— Как минимум дождаться вечера, — Атемита отпила из чашки и на ее губах остался след нежнейшей сливочной пенки, — Узнаем, кто там подал заявку, тогда и будем думать.
— Боюсь, тогда уже будет поздно, — возражаю, — Тот, кто все это затеял, сегодня вечером собирается раскрыть карты. А значит, к тому времени будет невозможно что-то изменить.
— Почему ты так в этом уверен, Марк? — спросила Лула.
— Потому что сегодняшней акцией преступник собирался перейти границы. Раньше он устраивал прорывы так, чтобы никто из богов не пострадал.
