Технос и Покапль в сговоре. А поскольку суды контролирует именно Покапль, можно не сомневаться в том, какое решение будет вынесено.
— Вы клоните к тому, что все мои доходы в городе богов будут изыматься по судебному решению.
— Не только в городе богов, Марк. На Рублевке суд ты тоже проиграешь, — с довольной улыбкой добавил Покапль.
Вот как. Не зря копошился во мне червячок сомнения, когда Слонце с такой легкостью по-барски выделил мне процент с таможенных сборов. Он, гаденыш, уже тогда был в курсе этой комбинации.
Фактически он меня в эту комбинацию и затянул.
— Ребята, — пробую нащупать слабину в позиции противника, — При таких раскладах мне просто невыгодно будет охранять вашу Рублевку. Я найду оловянной армии другое применение.
— Ты подписал контракт на охрану, Марк, — Покапль усмехнулся, утверждая меня в догадке, что Слонце изначально с ними заодно, — Тебе насчитают еще и неустойку. Ты можешь, конечно, отказаться от выполнения контракта, но тогда ты станешь персоной нон-грата как на Рублевке, так и в городе богов.
Тебе оно надо?
М-да, крепко меня взяли за бубенчики старые интриганы. Я могу конечно сейчас ударить себя пяткой в грудь и пойти на открытый конфликт. Но что мне это даст? Устраивать военный переворот глупо и скорее всего бесперспективно. Над городом богов стоит Рублевка, а над Рублевкой стоит еще что-то. Не поверю, что Слонце самый крутой бог на Олимпе. Слонце всего лишь поставленный кем-то клоун. Он даже не входит в ту тысячу, чьи статуи стоят в храмах.
А вот навредить себе получится без сомнений. На всем нашем профсоюзе будет поставлен жирный крест. Вне закона окажусь не только я, но с большой вероятностью и вся наша фракция людобогов. Причём именно меня в итоге и выставят тем, кто развязал гражданский конфликт.
Увы, опираться на одну только военную силу недостаточно. У власти много других составляющих: политическая, экономическая, идеологическая, информационная, институциональная. Все остальные составляющие не в моих руках.
И еще не факт, что оловянная армия непобедима. У больших дядь могут найтись армии покруче. Здесь все-таки Олимп. Его вершина теряется в космосе, а я пока имею представление только о двух самых нижних ярусах. Слишком самонадеянно будет с моей стороны считать, что я теперь с оловянной армией стал самым крутым богом… очень самонадеянно.
— Ну хорошо, что вы предлагаете? Вы же прекрасно знаете, что у меня нет трехсот двадцати миллионов.
