Город драконов. Книга четвертая

Меня это не особо волновало, но едва мы покинули гостиную, младший следователь, сумев преодолеть мое заклинание, прорычал моим домочадцам: «Это может ее убить!» К его искреннему потрясению, на его слова никто не обратил ни малейшего внимания. И тогда, не привыкший, видимо, в принципе сдаваться, Гордан, которого волокло заклинанием в освобожденное подземелье, выкрикнул: «Я Зверь! Я могу ее убить!» Менее всего он ожидал, что после этих слов мистер Уоллан достанет ружье, мистер Оннер внушительный тесак, а поддавшаяся дурному влиянию нашей не самой законопослушной компании миссис Эньо поинтересуется: «Мистер Оннер, могу я позаимствовать одну из ваших чугунных сковородок?» Апофеозом идиотизма ситуации стало появление доктора Эньо, который, осмотрев наши полные мрачной решимости лица, извлек из кармана скальпель и, высвободив тот из стерильного чехла, заявил: «Я с вами».

Невозможно передать словами то выражение, что обрело лицо лорда Гордана.

Добила его Бетси, сбежавшая по ступеням вниз с охапкой свечей в руках и моей тетрадью с записями.

Тетрадь она передала мне, свечи бросилась расставлять сама, уверенно и решительно, так что даже непосвященному стало бы ясно – она делает это не в первый раз. Далеко не в первый. И лорд Гордан перевел потрясенный взгляд на меня.

– Будет больно, – все, что я могла сказать ему.

– Остановитесь, Анабель, – напряженно попросил он.

Могла ли я остановиться?

– Volant! – Заклинание левитации подняло дракона и опустило в центре уже существенно оплавленного камня-основания.

Я подумала, что лорду Гордану следовало бы раздеться, но с другой стороны – я не была уверена, что сумею удерживать одновременно два заклинания, а потому о сохранности его одеяния решено было не думать.

– Вы рискуете! – с отчаянием воскликнул полицейский.

– Я знаю… – едва слышно ответила ему.

И, вдохнув, произнесла на выдохе, наполняя заклинание всей своей силой:

– Transformatio!

И чудовищный рык вырвался откуда-то глубоко из горла лорда Гордана.

Рык, рев и снова рык. Содрогнулись стены подземелья, затрещали свечи, с изумлением воззрились на молодого полицейского мои домочадцы и доктор Эньо. Такой мощи, такой первобытной силы, такого уровня сопротивления заподозрить в худощавом молодом мужчине было бы сложно, но я ожидала примерно этого.

– Potest!

И Гордан упал на камень-основание, хватая воздух ртом и слыша треск собственного позвоночника.