Город Драконов. Книга пятая

Не знаю, что сломало ту стену отчуждения и отторжения, что я столь старательно выстраивала против градоправителя Вестернадана, но в момент моей откровенности она просто исчезла, унеся вместе с собой настороженность, опасения и страх. Я видела, как лорд Арнел медленно протянул руку, но не отдернула собственную ладонь и не воспрепятствовала прикосновению. Лишь испытала укоризненное сожаление о том, что перчатки, как и варежки, были сняты мной еще вначале этой садовой дорожки и ныне пребывали в карманах пальто. Мне не следовало быть такой беспечной.

А сейчас мне не следовало и далее позволять ему держать меня за руку.

– Что было после? – тихо спросил лорд Арнел.

Я высвободила свою ладонь из его бережного захвата, зябко сложила руки на груди и, все также глядя на поместье Арнелов, сдержанно ответила:

– Мне было пятнадцать, когда двадцатилетний Барти Уотторн на очередном праздновании Рождества официально и громогласно сделал мне предложение.

Судорожно сглотнув, напряженно продолжила:"

"– Это было столь чудовищно, что даже моя мать, которая находилась под полным влиянием леди Уотторн, попросила отложить помолвку в силу моего излишне юного возраста.

Однако… слова были сказаны. Меня более не ожидал никакой бал дебютанток, Уотторны сделали свой чудовищный шаг первыми. Отец был против. Кто, как ни он, прекрасно знал, что все заработанное им состояние Барти спустит на лошадей и карточные игры, но… выбора нам не оставили. К следующему Рождеству, в мои шестнадцать лет, предполагалось заключить брачный договор и завершить все формальности. Но в сочельник, за несколько часов до заключения помолвки, Барти Уотторн был застрелен на дуэли одиннадцатилетним герцогом Клеймором.

– Четырехлетний малыш вырос и научился защищать не только себя, но и тех, кто когда-то спас его… Что ж, теперь я понял… – с удивительной теплотой в голосе произнес лорд Арнел. С крайне непонятной мне теплотой.

И я подняла взгляд на дракона, молчаливо требуя объяснений. И, к моему счастью, они последовали:

– Мальчишку звали лорд Честер Мортон, наследный герцог Клеймор.

Мы пересеклись в столичном доме Кристиана. Юный джентльмен настойчиво стучал в дверь рукоятью тяжелого семейного револьвера. Кристиан, в свойственной ему манере игнорируя шум, отсыпался после приезда с юга. И я, вернувшийся оттуда же, более всего желал приобщиться к теплой ванне и мягкой постели, но по щеке мальчишки скользнула предательская слеза, и то, как быстро он ее стер… В тот вечер мне пришлось лечь поздно.