Город драконов. Книга шестая

И тут вечно тихая Бетси, вдруг в сердцах воскликнула:

– Да что ж вы все время себя-то во всем вините?!

И раздраженно усевшись напротив меня, горничная торопливо заговорила:

– Вы как профессор! Вот во всем абсолютно, вы как профессор Стентон, мисс Ваерти! Я вот когда на него с ножом для резки хлеба кинулась, он даже полицию звать не стал и сказал как и вы сейчас – «Я сам во всем виноват, Бетсалин». А потом меня оставил, а вторую горничную выгнал.

И я тогда, мисс Ваерти, я работы в два раза больше делала, из сил выбивалась, но благодарна я была, очень. За вот то вот, за…

И она умолкла.

Я же, потрясенно замерла, в неописуемом смятении взирая на девушку.

– Бетси, – мой голос дрогнул, – ты напала на профессора с ножом? Когда же это случилось?

И начавшая было сооружать сендвич горничная, задумавшись, весьма мрачно ответила:

– Это случилось после ужина, мисс Ваерти. Помните, вы и еще трое студентов из числа учеников профессора, ужинали в нашем доме перед Рождеством?

Что ж, с большим трудом, но я постаралась вспомнить, прилагая усилия к тому, чтобы восстановить в памяти каждую мелочь.

Это был чудесный вечер. В углу, окруженная тремя натертыми до блеска окнами сияла рождественская ель. Мистер Оннер превзошел себя, и каждое блюдо оказалось неимоверно вкусным, а пудинг таял во рту, и я съела поистине недопустимое его количество.

За столом собрались – профессор Стентон и его лучшие ученики – Томас Диггер, мой однокурсник, а Луис Дейдер – выпускник и Онтари Маккинли – аспирант. Я среди всех присутствующих являлась фигурой самой незначительной, и от того, безумно стыдясь своей малообразованности и, откровенной, скудности в познаниях, предпочитала есть молча, не вступая в порой становящиеся весьма жаркими споры.

Как и полагается, меня в тот вечер сопровождала моя компаньонка – для леди недопустимо оставаться в мужской компании без присмотра, но она не была допущена к столу, как персона более низкого социального статуса, а я, оставшись без неусыпного надзора, позволила себе даже пригубить вино из бокала.

Но этот волшебный вечер запомнился мне не только и не столько легким чувством опьянения и сладким привкусом чудеснейшего пудинга.