Город и его ненадежные стены

Да и, возможно, его уникальные способности могли бы найти лучшее применение в другом мире."

"Тем не менее, я не был уверен, что было бы правильно помочь мальчику попасть в город, даже если бы я знал, как это сделать. Имею ли я вообще на это какое-то право? Ему всего лишь шестнадцать лет. И, хотя его родители и братья не так и смогли окружить мальчика настоящей заботой и любовью, они все равно были бы глубоко несчастны, если бы он внезапно исчез из этого мира.

- Мне хотелось бы узнать ваше мнение по этому поводу, господин Коясу.

Если вы слышите меня сейчас, я прошу вашего совета. Я не знаю, как должен поступить. Честно говоря, я нахожусь в полной растерянности.

Выпалив эту тираду на одном дыхании, я сел на каменную ограду перед памятником и стал ждать ответа. Но никто мне, разумеется, не отвечал. Лишь несколько маленьких тучек неторопливо плыли по небу, от одного горного хребта к другому. В то утро на кладбище не было слышно даже пения птиц. Стояла абсолютная тишина.

Полчаса я просидел в этой тишине перед надгробием, будто на дне высохшего колодца, обхватив руками колени и уставившись в пустоту.

Но ничего так и не произошло. Только серые тучи доползли почти до самого горизонта, да часовая стрелка описала полукруг по циферблату моих часов.

Время от времени я поднимал голову и оглядывался вокруг, но никого не видел. Кроме меня на кладбище не было ни души. Я встал, взглянул на зимнее небо, затянул потуже шарф и стряхнул с пальто несколько желтых листочков.

Призрак Коясу, вероятно, навсегда покинул этот мир.

Прошло очень много времени с тех пор, как я в последний раз его видел. И мальчик с желтой подводной лодкой на толстовке тоже хотел из этого мира уйти. Если он действительно это сделает, я останусь здесь абсолютно одиноким. Я почувствовал, что у меня уже возникла естественная привязанность к ним - призраку и мальчику.

На обратном пути с кладбища я, как обычно, зашел в кофейню возле вокзала. Видимо, я действительно окончательно превратился в типичного холостяка средних лет, повторяющего, будто автомат, одни и те же действия в соответствии с установленным самим собой расписанием.

Я сел на свое обычное место за стойкой, заказал черный кофе и кекс без начинки (все кексы с черникой оказались уже распроданы). Хозяйка кафе как обычно одарила меня своей теплой улыбкой.

Из динамика доносились тихие звуки джазовой гитары, но я не узнал ни мелодии, ни исполнителя. Слушая музыку, я выпил кофе и съел кекс, отламывая от него вилкой маленькие кусочки.