Город Ящерров: Венилакриме

Лин стоит всего лишь в нескольких сантиметрах, она чувствует на лице воздушную волну — отдача от удара.

Вспышка — и он хватает её за горло. Другой день, другая одежда — но всё та же клетка.

Вспышка — и она бежит по коридорам станции, зная, чувствуя, кто находится позади… Её преследуют. Ей страшно.

Вспышка — Руанн приближается…

Вспышка — люди в колодках и орешниках. Они окружили её.

Вира зажала Лин рот, не позволяя звукам вырываться на волю. Все действия были просчитанными, резкими. Вира предвидела, что так будет, блокируемые воспоминания полезли наружу.

— Лин… Лин… Очнись, сюда идут. Приди в себя… Лин.

Постепенно вспышки картинок прекратились. Венилакриме чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы заметить, что к ним подошёл охранник.

— У вас всё хорошшшо?

Лин встала с коленей. Отряхнула куртку.

— Да, — откашлялась, но видя, что он продолжает приближаться, жёстко рявкнула: — Уйдите! Я хочу находиться здесь одна! Уйди!

Терций послушался. Он смерил её недовольным взглядом (ещё бы, охранять земную женщину — обязанность не из почётных) и удалился.

Лин оглянулась. Виры нигде не было.

У девушки начали закрадываться подозрения, что она сходит с ума. А что если всё это ей только привиделось?

Она действительно сошла с ума?

«Вира, где ты? Я не сумасшедшая!»

Зашелестели живые, припорошённые снегом, листья. Из-за угла выбралась Вира. Она отряхнула одежду и молча протянула Лин зажатый кулак. Когда она его разжала, на ладони показался раздавленный «жук» — камера, реагирующая на эмоции.

Таких в имении было немного.

— Когда ты появилась, Руанн усилил защиту… Теперь понимаешь, почему так важно не шуметь? Второй раз я до тебя добраться не смогу.

Эта Вира была другой. Эта — хорошо знала, что делает, она излучала уверенность, распространяла её вокруг. Девушка не понимала почему, но женщина, стоявшая рядом, вызывала у неё чувство опасения.

— Не бойся, — Вира как будто ощутила смятение Лин. — Иди за мной. Это место натыкано защитными маячками.

— Что? — пауза. — Куда?

Вира понимала: Лин страшно. Она её в этом не винила, хоть внутри и кольнуло неприязнью к ящеррам. Это они посмели заставить Венилакриме сомневаться в ней, Вире.

— Лин, я не могу долго объяснять. У нас почти не осталось времени, ты должна пойти со мной.

— Но, — на лице её дочери отразилось такое непонимание, что Вире захотелось убить судью-ящерра немедленно, — здесь мой дом.