Город Ящерров: Венилакриме

Меня волнует одно: женшщина, которой я признался в любви, в ответ разговаривает на совершшшенно отстранённые темы.

У меня было ощущения, будто передо мной разыгрывают весьма умелую карточную игру. В рукаве у шулера — колода меченых карт и несколько припасённых хитрых трюков. Я понимала: что-то не так, но не догадывалась, что именно.

— Хочешь сказать, люди спаслись?

Руанн подошёл ко мне. Свет с улицы обрисовал его лицо, делая черты более жёсткими.

— Да, именно это я и хочу сказать, — он уловил мой взгляд, полный сомнений.

 — Лин, я не вру. Твои люди в порядке.

Он был так убедителен, а я так хотела поддаться обману.

Тяжёлый груз упал с моих плеч. Впервые за время пребывания в его доме я не испытывала чувства вины. Я позволила себе оглядеться вокруг и заметить, в каком удивительном месте я оказалась.

— Я так хочу тебе верить…

— И что теперь? — я покорно заглянула ему в глаза. — Будем жить долго и счастливо?

Руанн привлёк меня в себе, моя голова прижалась к его груди. Он ничего не ответил, его действия говорили сами за себя.

А я осторожно вдохнула запах моего мужчины, впервые допуская мысль, что это — надолго.

Наш разговор многое прояснил. Я наконец-то позволила себе расслабиться и не думать о прошлом. Чувство вины за потерю станции не исчезло, но я поняла, что не единолично виновата в происшествии, и ящерры давно планировали напасть на «Станцию 5».

Глава нас предал, высшее руководство всё же сумело спастись. Главное — остальные люди вне опасности.

Разговор с Руанном позволил мне насладиться обретением нового мира, где нет лишений, нет постоянного искусственного света, нет сигнала сирены, возвещающей об учениях.

В этом мире я могла просыпаться, когда угодно, и делать, что хочу. У меня было всё!

Откуда-то из потаённых закуточков сознания начала выглядывать гордыня. Другая, новая Лин шептала мне на ухо: «ты покорила Гнездо — один из самых великих городов мира».

Прошло несколько дней, прежде чем меня сразило понимание того, что я — избранница ящерра. Это произошло в один миг — я вошла в гостиную, чтобы увидеть судью перед его уходом на работу.

Он был очень привлекателен в своей строгой форме, так некстати смотревшейся на нём в сочетании со свободной манерой наслаждаться завтраком, пить кофе и читать планшетник. Эдакий прожигатель родительских денег, холёный франт, а не серьёзный судья.

Утреннее солнце отражалось на его посеребрённой коже, делая похожим на ангела из религиозных текстов.

«Какой же ты родной, ящерр», — промелькнуло в голове.