Город-мечта

Стражников было четверо, руки у них были крепкие, а опыта в удержании пленников — немало. Змей вообще-то не собирался бежать. Он честно ответил городскому следователю на все вопросы, скормив заготовленную заранее байку. Поэтому и считал свой арест не иначе, как ошибкой."

"Вот ровно до того момента, когда виселицу увидел… Не было её на площади перед строящейся городской управой — не было!.. Ещё два дня назад не было! Эту грёбаную виселицу сколотили совсем недавно…

И Змей вдруг отчётливо понял, что эта виселица для него.

Ну а если конкретнее, то не только дня него. Ещё она была для Шила. Горячий ветер с севера как раз развернул тело, болтающееся в петле, и Змей сразу же узнал лицо друга. Знал бы, чем кончится дело — сбежал бы ещё вчера, когда Сомов предлагал освободить его в обмен на накопления.

Теперь же оставалось только уповать на чудо… И Змей очень уповал на него, но подозревал, что чуда всё-таки не будет. Лица — и мэра, и членов городских гильдий — выглядели такими суровыми, будто их из камня вырубили.

Змей понял, что настала пора сыграть так, как раньше ещё не приходилось… Он приготовился, торопливо продумал речь, открыл рот… И закрыл. Страх парализовал его настолько сильно, что изо рта вырывался только хрип.

— В петлю его! — приказал мэр. — Капсулу подорвать!

— За что?.. Это всё чертяка Пустырник! — хрипло выпалил Змей, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Да, эту историю мы уже слышали… — согласился мэр. — А вот Горняк, Скалолаз и Путник рассказали кое-что новое! Знаешь что?

— Нет… — холодея, просипел Змей.

— Они сказали, что это вы подговорили Пустырника! Ты и Шило! — мэр покачал головой.

— Враньё! — слабо просипел Змей.

— Знаешь, я, может, и простил бы вас всех! — задумчиво сообщил мэр. — Но вы же натурально заставили наших торговцев оставить на той стороне миллионы баллов, Змей! Каждый из них зарабатывал эти баллы своими силами и достижениями! А вы не смогли нормальную охрану обеспечить, идиоты… Да ещё и русских в рабство брали…

— Э… Э-э… Это ложь! — отчаянно вскричал Змей, указывая пальцем на собравшихся поодаль торговцев.

На этот раз у него даже нормальный голос от возмущения прорезался. В конце концов, сами торговцы и настояли на том, что русские рабы — ничуть не хуже других. А чтобы никто в Тутгороде не узнал о шалостях купцов, было решено убить невольников. Естественно, после того, как дотащат груз до окрестностей города.

— Хватит! — поморщился мэр.