Онлайн-библиотека книг
Я не дал себе времени для сомнений: прицелился куда-то в район между вторым и третьим ребром — а затем ударил, одновременно зажимая человеку рот и нос. Тот успел широко раскрыть глаза, дёрнулся, выгибаясь дугой… И сразу обмяк на своей лежанке.
Если мне и было стыдно, то лишь чуть-чуть. Воспоминания о том, как наших людей уводили в рабство, ещё не успели стереться из памяти. И это помогало мне не страдать гуманизмом по отношению к мирно спящим негодяям.
Рядом похожие манипуляции совершил Мелкий. С первого удара в сердце не попал, но вторым всё-таки добил задёргавшегося врага.
Наш авантюрно-диверсионный план был близок к успеху. И это окрыляло.
— Просыпайтесь! На вас напали! Проснитесь, идиоты! — а вот громкий визг белокурой дурёхи совсем не окрылял.
Даже мешал.
И, вот беда, все и вправду сразу проснулись…
Ну, кроме двух оставшихся пленников. И пусть врагов осталось всего три, но ведь и у нас были потери. Трибэ всё ещё валялся в отключке.
Поэтому я рывком кинулся к намеченной жертве. Примериваться, куда бить, времени не осталось. Мужик вскинулся на крик и, не соображая со сна, вертел головой. Мой нож вошёл ему справа в грудь по самую рукоять.
— Ах-х-хр! — всхлипнул тот, схватив меня за воротник.
Краем глаза я заметил, как покатились по земле, сцепившись в клубок, Мелкий и южанин… И как начал наводить на меня винтовку глава отряда… Я попытался прикрыться подранком, но в этот момент белобрысая скотина больно пнула меня в бедро.
Мелькнул чёрный кружок дула… Мимо пронёсся грязно-рыжий комок меха. И главарь заорал от боли, роняя винтовку.
В ногу ему вцепился Русый. Правда, почему-то мой питомец лежал на земле боком. Видимо, его ещё не отпустила очередная чудо-трава…
А мне в задницу прилетел пинок. Я вот был прямо-таки уверен, что пинок опять отвесила белобрысая. Стокгольмский синдром у неё, что ли?.. Очень хотелось развернуться и двинуть ей, чтобы поумнела…
Но в этот момент главарь-таки дотянулся до «винтовки раздора».
"А я — на нервах, видимо! — забыл, что у меня тоже есть оружие… Ещё и заранее заряженное. Поэтому кинулся бить главаря голыми руками. Первые два удара я с разбегу влепил по рёбрам. Что-то хрустнуло, а кулаки пронзила острая боль.
