— Ну, на одежду ты точно не тратишься.
— Ты что, из полиции моды? — Малколм расстегнул манжеты и завернул рукава. — Начинай сдавать. Я сейчас.
Он подошел к окну из пуленепробиваемого стекла, чтобы сигнал был сильнее, и проверил, нет ли сообщений от Сальваторе. Он видел, что на концерте его наставник сидел в ложе, рядом с роскошной женщиной. Но даже во время светских мероприятий Сальваторе всегда держал руку на пульсе.
Малколм отправил Сальваторе сообщение и отключил телефон. Он обернулся и увидел рядом «святого» доктора.
— Черт, Роуэн, — рявкнул Малколм, — ты мог бы издать хотя бы звук, чтобы предупредить о своем присутствии!
— У тебя какой-то хрипловатый голос, дружище. Концерты уже стали сказываться на твоих связках? Давай проверю, если что не так.
— Все в порядке. — Он повесил мобильник на ремень, но Роуэн не сдвинулся с места. — Что еще?
— Есть еще дело, — упорствовал «золотой» мальчик. Он всегда хотел исправить мир. — Зачем ты так разрываешь себе душу, снова думая о ней?
— Ты хороший человек.
Ты поймешь. Однажды я очень подвел ее. — Малколм направился к своей спальне, чтобы сбросить мокрый пиджак и попытаться собраться с мыслями. — Я должен реабилитировать себя. Довести начатое до конца.
— И ты просто уйдешь, когда выяснишь, кто преследует ее? — саркастически спросил он.
— Ей не нужна такая жизнь, как у меня, а мне никак не подойдет ее образ жизни. — Меньше всего Малколм хотел вернуться обратно в Азалею, штат Миссисипи. — Я обещал себе, что не буду потом вмешиваться в ее дела.
У нас была просто детская влюбленность.
— А если через месяц кто-то ворвется к ней в дом? Или какой-нибудь ученик проколет покрышки ее машины? Ты снова прибежишь на помощь?
Логика Роуэна уже сильно достала Малколма.
— Хватит умничать. — Он прошел мимо него обратно в гостиную.
Развалившись на стуле, импресарио обратился к нему:
— Хватит обманывать себя. Она или твоя, или нет. Но надо сделать выбор.
— Черт возьми, Адам! — прорычал Малколм, приближаясь к круглому столу.
— Ты мог бы говорить потише? Я думаю, тебя только в России не услышали. — Он с опаской посмотрел в конец коридора, туда, где располагалась комната Селии.
— Сделать выбор? — повторил магнат игорного бизнеса. — Я прямо слышу, как при этих словах смеется моя жена. Дружище, выбирают они. Забирая тело и душу.
Эллиот скорчил гримасу:
— Ты звучишь прямо как слащавая песня Малколма… «Игра наверняка»? Признайся, чувак, ты написал ее, чтобы склеить кого-то.
