Блондинка и фигура такая, — медленно произнёс он.
— У кого? Санитарки или медсестры?
— Ну конечно, у медсестры, — даже слегка обиделся дежурный.
— Ты, прежде чем о чужих фигурах мечтать, лучше за своей присмотри, — похлопав собеседника по выдающемуся животу, сказал Стас и набрал номер. — Аня, я в больнице. Нужно сегодня Андрея перевести в тюремную больницу. Хотя ещё вчера нужно было это сделать. Я буду здесь ждать, пока его не заберёт конвой. Дежурного я с уликами сейчас к Казакову отправлю, — Визгликов повесил трубку и набрал номер Юрия Арсеньевича.
— Юра, мой добрый друг, я сейчас к тебе одного Карлсона пришлю, он тебе принесёт в клювике возможную улику. Мне очень нужен анализ порошка, ну а если ты найдёшь отпечатки, то я тебя даже расцелую. Что? Нет, летать он не умеет, приедет на метро.
* * *"
"Погорелов, подъехав к знакомому до боли входу в психиатрическую лечебницу, постоял на улице, поглядел на редких посетителей, являющихся в неприёмные часы, и, сверившись с ответом на запрос «Кто вёл Катин случай?», — вошёл в здание.
— Здравствуйте. Я к Хворостиной, — сказал он, предъявляя удостоверение.
— Добрый день. Не работает сегодня, — не поднимая глаз от книги, отозвалась вахтёрша.
— Я звонил, мне сказали, что она дежурная сегодня.
— Ну, может и так, только час назад она ушла, — женщина надела очки в тонкой пластиковой оправе и поводила взглядом по журналу. — Вот, я отметила: Хворостина вышла.
— Вы до сих пор так фиксируете режим работы врачей?
— Кто как — не знаю, а я да.
У меня всё строго. Врачи, посетители, гости, — сухонькая старушка вздохнула и перевела цепкий взгляд на Погорелова. — Всегда на любой вопрос отвечу. Чтоб претензий ни у кого не возникало.
— Хорошо, но кто-то же её заменяет? Она же не могла бросить отделение в дежурство и уйти?
— Да, скорее всего, попросила Корейкину с соседнего, — махнула рукой пожилая дама.
— Ну, тогда я к Корейкиной.
Погорелов прошёл внутрь, нечаянно зацепился ногой за выбитую плитку и, схватившись для опоры за шаткую рекламную стойку, еле удержался от падения.
Рассыпав несколько пачек рекламных буклетов, Сергей вздохнул, нагнулся и стал собирать прямоугольные листики, на которых светились радостью лица медсестёр и врачей, призывающие пациентов довериться опытным сиделкам. Погорелов рассовал карточки по местам, покосился на выделяющийся буклет, скоро прочёл название «Штопая сердца» и пошёл дальше.
