— Точнее сказать, мне кажется, сейчас самое время для тимбилдинга.
— Серёжа, ты уверен, что правильно понимаешь назначение тимбилдинга? — спросила Лисицына.
— Я? Да! Ведь буквально — это командная работа, а вот то, что всё должно проходить по прописанному сценарию, могут думать только ограниченные люди, — Погорелов поставил перед Глафирой пакет. — Глаша, мы выполнили мужскую часть работы и припёрли ужин с напитками, а ты, будь добра, преврати всё это, — он задумался, — ну короче, чтобы жрать не из пакета и не с бумаги.
— Ладно, пусть будет тимбилдинг, — тихо сказала Лисицына.
* * *Утром Визгликов проснулся возле своей кровати на полу, он с трудом оторвал щёку от кожаной поверхности ботинка, который почему-то заменял ему подушку, нащупал плед, который скомканный валялся у него на спине и почувствовал, что у него на голове лежит чья-то рука.
— Доброе утро, — сказал он, поднимая голову на уровень кровати и разглядывая лицо смешно сопящей Анны Михайловны.
Лисицына медленно открыла глаза и проговорила:
— Опять?
— Фиг знает, я на полу проснулся, — Стас завернулся в плед, с трудом поднялся и, взглянув на часы, покачал головой.
— Блин, мы с Погореловым вчера договорились на квартиру ехать к девяти, сейчас уже половина. Я побежал.
Выскочив из квартиры, Визгликов пробежал несколько пролётов, но вдруг остановился, потому что понял, что он не так уж сильно опаздывал, а просто позорно смысля из собственной квартиры. Стас выдохнул, натянул тонкий джемпер поверх футболки и вышел из подъезда.
Сейчас ему меньше всего хотелось копаться в гудящей с похмелья голове и выискивать тот момент, когда его здравый смысл впал в анабиоз. Сейчас Визгликову нужна была большая чашка кофе и какой-нибудь бутерброд.
Через час они с Погореловым подъехали по указанному Лидией адресу и, поднявшись на этаж, позвонили в квартиру.
— Иду я, — послышалось из-за двери, — иду, не трезвоньте. — Лидия наконец справилась с замками и, неодобрительно глянув на Стаса и Сергея, поджала губы.
— Ну чего вчера-то не пришли?
— Так сложились обстоятельства, — безучастно произнёс Стас. — Мы войдём?
— Чай будете? — спросила женщина посторонившись.
— Нет. Вы с дачи переехали? — кивнув на нераспакованные вещи в коридоре, спросил Стас.
— Конечно, чего мне там в одиночестве кукукать. Да и сыкатно несколько, — женщина запнулась, — ну в смысле страшно.
— Ну я понял, — Визгликов огляделся.
