Вообще-то персональными компьютерами был обеспечен весь личный состав, и если Анна Степановна что-то для кого-то печатала, то не потому, что самому автору текста сделать это не на чем, а исключительно потому, что он занят другими срочными делами. Ионов был на сто процентов уверен, что текст набирается для начальника отдела Кувалдина, который по старой, выработанной много лет назад в докомпьютерную эру привычке создает научные и служебные документы при помощи бумаги и ручки и только потом печатает; все остальные сотрудники никаких рукописей не признавали и работали сразу на компьютере.
Все четыре выходящие в предбанник двери были распахнуты, и Ионов без колебаний вошел в один из кабинетов: именно оттуда доносилась самая пестрая и возбужденная разноголосица, перекрываемая мощным басом Кувалдина. Если в обсуждении участвует начальник отдела, значит - там действительно интересная проблема или закавыка, с которой непонятно что делать."
"Проблема возникла, как выяснилось, в связи с монографическим исследованием в московской зоне эксперимента.
Уголовное дело возбуждено по факту исчезновения, а затем и обнаружения трупа сожительницы сотрудника правоохранительной системы; понятно, что в этом случае к раскрытию преступления проявляется особое внимание и к работе привлекаются лучшие силы подразделений. Можно ли в такой ситуации считать исследование «чистым»? Ведь на его примере вряд ли правильно судить об уровне квалификации личного состава в целом. Или все-таки правильно? Выборка преступлений, работу по раскрытию и расследованию которых предстоит изучать, должна быть репрезентативной, то есть преступления отбираются по принципу случайности, а не преднамеренно, и в этом смысле репрезентативность не нарушена, но… Евгений Леонардович поучаствовал в обсуждении, поддержал Кувалдина, который считал, что все в порядке и если преступления против работников правоохранительных органов и членов их семей в реальной жизни совершаются, то вполне естественно, что они и в выборку попадают, и допросил доложить новые результаты, полученные в течение дня.
Результаты выглядели удручающе. Или, наоборот, обнадеживающе. Это как посмотреть. Выбранное для монографического исследования дело о вымогательстве крупной взятки в Красноярске, возбужденное две недели назад, было прекращено за пятьдесят тысяч долларов, полученных следователем. То есть как началось со взятки, так взяткой и закончилось. Красиво.
