Горсть песка-12

В обоз старшины Васькова…)

«Ну нет, это не дело- выслушав Сапрыкина, решительно заявил Лернер- это всё равно что гвозди микроскопом забивать! Так, товарищ доцент, вот Вам записка- поезжайте в Кобрин, найдёте там главного ветврача Армии, поступите в его распоряжение…И БЕЗ ВОЗРАЖЕНИЙ МНЕ! А то — арестую…» И злобныйкровавосталинскийопричник устало улыбнулся… (случай подлинный)

Около пяти часов утра — ещё до начала утреннего обстрела. Брест. Улица Фортечная, дом 41.

Если ехать по железной дороге из Минска на Варшаву- то справа по ходу, мало не доезжая Центрального вокзала- увидите ряд беленьких домиков…Это она и есть, Фортечная, плавно перетекающая в Шоссейную…Особенно ничем не прославленная, кроме того, что в доме?1 располагается Брестское отделение Белорусской железной дороги.

И люди на Фортечной живут тихие, незаметные…железнодорожники, работницы со швейной фабрики, всякий разный работящий разночинный народ.

Вдоль по этой улице и бежала взапуски гражданка Никанорова, трепетно ожидая, ЧТО ей ИМЕННО скажет её любимая матуся…Сходила, называется, на танцы!

Ну а она, Клаша, расскажет ей…расскажет…ой, Божечки, да как ей всё рассказать-то…каких она ужасов навидалась, как ей было страшно, как лихо…и про…НЕГО…как расскажешь? Но мама поймёт, мама обязательно всё поймёт…

Ещё помыться и переодеться надо, а то она вся дымом и застарелой чужой кровью пропахла…Господи, как она устала…Скорее, скорее к маме…

Клаша подбежала к беленькому штакетнику заборчика, толкнула от себя калитку: ««Мама? «- и осеклась…вместо их домика посреди сада чернела воронка…Чуть не долетела бомба до железной дороги…

Воя от горя, рухнула Клаша на рыхлую землю, когтя, пытаясь её разрыть…но что-то уже умирало в её душе и говорило ей- что это навсегда…Навсегда — эта вечная боль вины, горя и вечной тоски…Хоть бы ещё раз увидеть маму, хоть бы одним глазком…поздно.

Около семи часов. Где-то между Берёзой-Картусской и Теулями.

…. «Es gibt keine Frauen — es gibt kein Weinen!» — закончил своё печальное повествование Додик…Экипаж «Беспощадного Красного Пролетария» сочувственно покачал головами, а Вася, выразив общее настроение, даже красноречиво, выразительно произнёс: «Му.