Горсть песка-12

Умные евреи остаются дома!)

Голоса из-за ситцевой, в цветочек, оконной занавески распахнутого по летнему времени окошка: «Ой, Фира, токи не надо из мене делать идиЁта! Или же я не видел германцев в Брест-Литовске в 18-том году? Приходили тогда к нам таки себе вежливые молодые люди и жалобно требовали яйки и свинячье сало…Слава Б-гу, второго ми не держим, тьфу-тьфу, а мои единственные в доме- мало что седые, так их на всю германскую армию всё равно не хватит! Я понимаю, шо в том же 18-том году я мог би беспокоится на счёт тэбе.

моё золотко, но сейчас, я очень боюсь, что к тебе даже прохожий солдат может начать приставать тольки за очень большие деньги, причём заплаченные наперёд…Таких денег, у меня, извини, моя звёздочка, для этого дела не запасено…или их есть у тебя? Тоже нет? Ну, тогда я совсем спокоен. » (Мгновенная чёрно-белая вставка…Старый Сруль, с разбитой, окровавленной седой головой, до конца заслонявший свою седую Фиру…Это ещё не холокост. Видно, что стариков забили просто так, походя — больше для развлечения…)

Часть вторая. Накануне. Ночь

(Черно-белое, плавно переходящее в цветное…) Брест. 22 часа 18 минут…

На улицах города- бодрствуют не только уходящие на Восток жители…Люди в зелёных и васильковых фуражках патрулируют у вокзала, в районе путепровода — останавливают встречных военных, поголовно проверяют документы…иногда такая мирная проверка заканчивается короткой кровавой вспышкой — причём кровавосталинскиеопричники не особенно церемонятся- а пускают в ход оружие при первом подозрении…

Остановили и Мохнача.