Горсть песка-12

На вынутой из ящика Руссияновым бутылке- была аккуратно приклеена литографически исполненная этикетка- несколько весьма красноречивых рисунков, чтобы самый светловолосый солдат понял…Минимум текста, максимум доходчивой визуальности.

И как чиркать аккуратно прикрученными проволокой огромными спичками по не менее аккуратно прикреплённой тёрке, и как бросать, и указание- что у танка двигатель сзади, а у бронемашины- спереди…

Ростовцев, любуясь: «Да! Дизайнер уж постарался…»

Руссиянов, авторитетно: «Разумеется! Такая уж у них нация! Если бы какому-нибудь нашему Иванову поручили- вышло бы куда корявей! Ну, не красен кабак пирогами, а красен пиздюлями! Надо бы попробовать…»

Руссиянов взял в руки бутылку и подошёл на десять шагов к огромному, серому валуну…»Только бы не промазать…а то всё насмарку…ну, ХОСПОДИБЛААСЛАВИ…».

Звон стекла, разлетающиеся брызги…И- ничего…Только тоненький дымок…а потом! Скворчащее чёрно-бордовое пламя охватило валун…

«Горит! От бутылки горит, товарищи! А это ведь камень, не танк…»

И никто из бывших на поляне, под вековыми дубами, не знал, что полторы тысячи лет тому назад это был не просто камень…И что славяне костры разжигали на нём — только идя в смертный бой против лютого ворога!

Отлично справился с поставленной задачей и капитан Ростовцев.

Вот что записано в Журнале боевых действий 100-той дивизии: «В 13 часов 30 минут на командный пункт дивизии капитаном Ростовцевым была доставлена первая партия бутылок, которые были направлены в 85-й и 355-й стрелковые полки».

Всего же за день на пункты боепитания дивизии было доставлено 12 грузовиков стеклянных бутылок.

Двенадцать часов ровно. Деревня Глубокое. Берёзовый лесок у восточной околицы. Командный пункт 3-го танкового батальона 61 танкового полка 30 ТД.

Капитан Джаба Константинович Иоселиани был мегрелом (именно так! без «н»), а адьютант батальона, лейтенант Михаил Саакашвилли — кахетинцем.